Глядя на этих шакалов, Степану хотелось отдать приказ турелям валить все без разбору, но представив себе, сколько ему придется сражаться, чтобы удержать свою землю, продолжал лежать в своем укрытии. Надо сказать, что вот уже трое суток, как были построены турели четвертого уровня, а ему все еще удавалось уклоняться от боя. Единственное, что он делал, это продолжил по ночам вывозить камни и цемент. В этом ему сильно помогало третье заклинание из ментальной магии открывшееся недавно, оно называлось «ментальный удар». После того, как в течение пары особенно холодных ночей немцы обнаруживали замерзших насмерть патрульных без признаков телесных повреждений, их обязали сидеть в караулках и высовываться только при сильном шуме. Это позволяло Степану делать по три ходки за ночь. Он хотел, что бы и дальше так продолжалось, но не свезло. Какому-то офицеру, что командовал небольшой батальонной колонной, вздумалось отдать команду свернуть с дороги и пятерка грузовиков «Опель-Блитц» зарулила в поле, после чего прозвучала команда: покурить и оправится, ну и провести небольшую разминку, чтобы замерзшие солдаты немного согрелись физическими упражнениями. И вот только тут, Степан спохватился, что для турелей был выставлен автоматический режим открытия огня на шестидесятиметровой отметке. Прозвучал длинный, басовитый рык счетверенной турели и больше сотни солдат превратились в крупно-нарубленный фарш, а грузовики в дуршлаг.
Но, так как пулеметы были улучшенные, то и пробивная сила их также увеличилась, поэтому сотни не попавших в цель свинцовых шершней нашли свои жертвы среди двигающихся по дороге колонн. Степан только успел подумать: «Это пи***ц». В это время, двигающаяся по дороге колонна моторизированного полка дружно развернулась и пошла в атаку на неожиданно появившийся дзот. Тут о себе дала знать вторая турель. Через некоторое время немецкие солдаты нащупали, с какой дистанции открывался огонь, и залегли на этой линии, пытаясь из винтовок и пулеметов вести по бойницам огонь на подавление. Но живых людей там не было, а механизмы были защищены металлическими заслонками. Степан в это время отстреливал офицеров, пополняя свои запасы камней душ и кристаллов высокого качества. Долго такая лафа продолжаться не могла, кто-то головастый решил для подавления пулеметной точки подогнать бронетранспортеры с пулеметами и легкие танки с автоматической 20 мм пушкой. Это уже было серьезно, и Джаггернаут активировал своё модернизированное ПТРС. Тратить на такую мелочь дефицитные патроны было жалко, их осталось всего около полутора тысяч, из тех, что были привезены самолетом. Но пришлось потратить парочку, на выведение из строя танков. БТРам хватило и усиленной навыком пули из СВТ в моторный отсек, или смотровую щель.
За полчаса на дороге скопилось достаточно много техники и солдат, видимо, по рации запросили инструкции, которые предписывали блокировать этот район, вот немцы его и блокировали. В это же время загудели пулеметы на другой стороне оврага, видимо враги хотели обойти укрепления с тыла. Не получилось. Но и Степану пришлось «сгонять» и отстрелять насколько Т-1 и Т-2 с «Ганомагами», которые решили, что вылазка с этой стороны будет более удачной. Но удача явно любит подготовленных, поэтому была стороне Степана. Солдаты по-прежнему продолжали укреплять периметр, при помощи подручных материалов, типа древесных стволов и мешков с промерзшей землей. Еще насыпали песок и тут же поливали его водой. Через час, на морозе эти укрепления становились крепче бетона. Вот в чем-чем, а в отсутствии мозгов и изобретательности немецких солдат обвинить нельзя. Когда надо, они ориентировались и соображали очень быстро. Но в данном случае это им не помогло, снайперский огонь со стороны попаданца продолжал выкашивать всех, кто званием выше рядового. Дошло до того, что даже полковники для рекогносцировки переодевались рядовыми. Но парочке се же это не помогло, поведение и осанка их выдали.
