Рыцарь Джедай, не павший на тёмную сторону, отправилась на "Краясс Два" изучать учения Ситов в тайном их ХРАМЕ. Она хотела притворством занять нейтральную сторону в силе, чтоб доступ открыть к тайным знаниям их. На месте... где должен бы храм быть, покоился ДРЕВНИЙ в земле "Обелиск". Тайное песнопение рыцарь узнала из Архивов Джедаев... Ритуал начался...
Черный обелиск, казалось, поглотил даже скудное освещение, пролитое двумя лунами Краиуиз - Два. Фигура в капюшоне делала медленные, идеально ровные шаги к массивному сооружению, держа ее руки, спрятанными в складках ее огромной мантии.
«Така зееч ма тока дууваи», - пробормотала она в четвертый раз, ровно шесть ударов сердца после ее третьей интонации. Ситхские обряды должны были проводиться с максимальной осторожностью, нарушение еще одного элемента установленного порядка могло означать гибель для непосвященных. И Вара Нреем не хотел искушать темную сторону, поднося это отверстие для использования.
Она сделала еще два шага к обелиску, остановившись на мгновение, чтобы бросить взгляд на безупречную симметрию его гладких граней, и четкие линии, которые обозначали его границы. Такая злая красота.
«Така зееч ма тока дууваи»- твердила она в пятый раз - или это было в четвертый раз? Ее сердце вдруг, забилось отвлекая ее. Успокойся.
Она прикинула расстояние до обелиска от нее на глаз. Около десятка метров - что следовало сделать это в пятый раз. Получив определённое количество декламаций, она держала еще и мгновение помолчала, ожидая, чтобы увидеть, если она споткнется, этого будет достаточно, чтобы обрушить гнев темной стороны.
Когда ничего не произошло, она сделала последние два шага в сторону структуры ситхов и выпустила пение один, последний раз. Обелиск продолжал молчать перед ней, как будто не обращая внимания на ее незначительное присутствие.
Входя в последний раздел обряда, она опустилась на колени и откинула капюшон своей мантии, позволяя ее светло-каштановым волосам разлиться по ее плечам и вниз по ее спине. Она стиснула руки в кулаки и положила их на ее лоб, на основаниях ее ладони прижались друг к другу.
Она оставалась в таком положении, как она догадалась, целый час, когда что-то произошло - что-то она чувствовала, как внутри и так и снаружи.
Низкий шум, вышедший из глубины твердой земли, рос от шепота до оглушительной какофонии на протяжении десятка ударов сердца. Земля под ней задрожала, и затряслась. Хотя ее мышцы болели от такого долгого сидения, ей удалось сохранить положение, даже когда земля, попыталась сбить ее с ног.
Она бросила взгляд в сторону обелиска, и хотя ее видение прыгало с каждым толчком, ей показалось, что она увидела как массивный камень, двигался, скользя вверх, его основание стало еще шире. Земля застонала, а потом треснула в ряде резких трещин. Интенсивное землетрясение разразилось в то же время, самое мощное вздутие поднялось на несколько метров вправо от нее.
Она упала на бок, и подумала, что она почувствовала, как кость в плече треснула, но она не обращала внимания на боль и подняла ее голову так, чтобы она могла наблюдать за спектаклем разворачивавшимся перед ней.
Обелиск сам стал не более, чем шпилем, на вершине чудовищной структуры наклонных стен и пирамидальной башни. Вара узнала это из древних писаний Ситхов, как библиотеку-храм, место, где маги из чисто кровных Ситхов приходили, чтобы медитировать и сохранить знания которые они получили из своих экспериментов. Дрожь охватила ее тело на мгновение, когда она поняла, что она стояла у подножия такого мощного места, здания, что было свидетелем эволюции Ситхских методов доступа к Великой энергии темной стороны за десятки тысячелетий. Как долго он был похоронен, его залы неживые?
Земля успокоилась, и тишина ночи Крауис- Два упала на землю еще раз. Вара подняла ее осязание, ее правая рука безвольно висела от плеча вниз и встала перед структурой Ситхов, глядя на ее красоту и чувствуя, что черная сила, исходит от каждого её сантиметра. Она вдруг подумала, не было ли у нее галлюцинации, но она отогнала шальную мысль немедленно.
Она и представить себе не могла, что сейчас лежало перед нею и ее разум, поэтому не мог вызвать его из глубин ее сознания, чтобы ее обмануть.
Нет, храм был реальным. Она чувствовала, его внушительное присутствие, глядит на нее, оценивая ее. Холодная мощь темной стороны ласкала ее, и она знала, что духи, заключенные внутри храма определяли ее стоимость.
Она поняла, что ей пришлось проявить себя перед ними, чтобы показать, что она имеет право на доступ к спрятанной мощи Ситхов.
Она шагнула вперед, и нежные ласкающие призраки превратились в неистовые пятна энергии, словно негодуя на неожиданный шаг. Едва успела она заметить внезапную перемену, энергия вновь объединилась, обвиваясь вокруг неё еще раз.
Она сделала еще шаг вперед, и вызвала такую же реакцию. Не более чем в шести метрах, стояли массивные двойные двери, которые сформировали высокую трапецию на основании структуры. Знаки Ситхов были по периметру двери и вдоль шва в середине.
Хотя она не могла прочесть их, она знала, что такие гравюры предупреждали злоумышленников о верной смерти и действовали как вместилище темной стороны силы. Те, кто осмелится проникнуть в храм, будет атакован, запасом энергии - и было очень мало доказательств, чтобы предположить, что кто-то пережил такую бурю темной стороны силы.
