То, что когда я дам дёру, меня догонят и поймают, я совершенно не боялась. Несмотря на короткие ноги, бегаю я все же быстро. Из ездовых животных я тут видела только осликов и волов. Буйволы,это такие тяжеловозы. Ослики тоже рекордов скорости не ставят, не скакуны, короче. И от тех и от других я смогу удрать. Кроме того я присмотрела маршрут побега, через кусты и кочки, где человек, не изучивший как я сейчас местность, ноги себе переломает или, как минимум, сильно споткнется.
И еще я не оставила себя без оружия. Главная дорога тут с покрытием из крупного щебня. Воздаю хвалу тапкам, к которым уже вроде как почти привыкла! Так вот, я набрала на дороге полный узелок ровных камушков примерно одного веса и размера. Вот и моё оружие, вполне себе дальнобойное. Если не кидать камушки своими короткими ручками, а придавать им ускорение кинетическим импульсом, получится очень даже опасно. Можно и синяков наставить, и кожу рассечь, и глаз выбить и даже череп проломить. Использовать камушки помельче, но сразу много, вполне себе опасная шрапнель получится. Чисто дробовик, но такое уже удачным хорошо натренированным броском объяснить не получится, то есть спалю себя как энергетика. Перед кем? Сама не знаю, лучше пока не перед кем себя не раскрывать. А если раскрываться, то действовать уже наверняка, призрачным ножом по горлу.
Выжидаю в стороне от дороги, выбрав место там, где почище на камнях. Из такого расчета, чтобы меня видно не было. Камни больно в тело впиваются, но плевать на них. Боль это всего лишь информация о потенциальной угрозе. Ее надо принимать и осознавать, оценивая риски, а не идти на поводу. Конечно, я не мазохистка, хотя могло иначе показаться после всех БДСМ вечеров, которые мне устраивали ублюдочные Лю, но небольшие неудобства могу терпеть очень долго, даже не прибегая к внутренней энергии.
Слышу, идут. По голосам слышу, не по звукам шагов. разговаривают, не скрываясь. Сплошь молодые мужики. По тому, что они говорят, поденщики. Ну, такие работники по найму, которые нанимаются то туда, то сюда. Эти, судя по разговорам, в каменоломнях работают. Точно не мой вариант. Хороший энергетик и в каменоломне не пропадет, но не на то сейчас нацелилась. Вдруг почудилось-вспомнилось я точно не пропаду, так как дело привычное, ну, камни ломать. С легкой душой пропускаю парней мимо. Совсем не факт, что среди них водится маньяк-извращенец, но та ситуация, в которой риск к минимуму надо свести.
Теперь слышу, что едут. Скрипят колеса, фыркают буйволы, кричит упрямый ослик, вот и дерьмом завоняла. Буйволиное, привычный запах. Я ведь теперь эксперт по тому, чтобы воловьи какахи по аромату опознавать. Столько лет в них по колено простояла на рисовом поле. Не знаю смогла ли отмыться. Моюсь при каждом доступном случае, но кажется, что грязедерьмо с поля вменя впиталась. Вся превратилась в слух. Мне известна пара акустических техник, которые позволяют эффективно подслушивать, но известны только в теории. То есть в этом теле я их не отрабатывала и не тренировала, а любые техники стоит подгонять под личные особенности энергосистемы. Поэтому просто слушаю. Что-то про деньги, овощи, рынок, столичный рынок. Я даже не знаю в какой стороне столица, налево мне или направо. Эти едут налево. По солнцу, будет запад. Закатная сторона. Пиньдишань осталась к северу отсюда.
Рискну! Медленно поднялась во весь невеликий рост и уверенным шагом двигаюсь наперерез каравану. Не очень большому каравану. Два крытых фургона, которые тянут буйволы. Еще одна телега на воловьей тяге, но уже груженая рисовой соломой, в которой могут перевозить что угодно, хоть само ничего, взяв солому на прокорм волов. Передвижная сенозаправка для скота. Два хмыря на осликах, обвешанных тюками. Штук, ну то есть человек пять мужиков с большими рюкзаками. Так сказать, носильщики. Вижу женское лицо на козлах одного фургона. Уже хорошо. Женщина молодая, страшненькая, но не в край, обычная деревенская девка. В моей бывшей деревне считалась бы перспективной невестой. Там любая детородного возраста и без критических недостатков будет перспективной. Вот у меня недостаток сверхкритический, я умная. Таких там не надо, иначе породу клинических идиотов испортят. Похоже, что и испортили, раз я получилась. Откуда маман моя взялась и куда делась узнать так и не вышло. Сколько не поднимала тему, добивалась только увеличения числа ударов розгами за неуважение к старшим.
Выхожу на дорогу и низко кланяюсь как бы в почтительном поклоне. Тут порядки простые. Не знаешь что делать или говорить - кланяйся и извиняйся. Может, у нормальных цивилизованных людей и по другому, но деревенские меня так учили. Другого источника информации нет, поэтому доверюсь тому, что знаю. Место для остановки я выбрала так, чтобы первым ко мне подъехал фургон с женщиной. С женщиной безопаснее. То, что моим единственным союзником стала мачеха, невеликая, но все таки статистика. Женщины, они, ну то есть мы, существа жалостливые и любопытные.
