Прозвучит странно, но запах секса для меня ничего не значит. Сладко-соленый запах потных тел, что прижимаются друг к другу, густой, насыщенный запах женской похоти или пронизывающий аромат спермы... Все они результат секса, особенно хорошего секса, но не они вызывали во мне такие чувства.
Вид секса тоже не имеет особого значения. Смотреть на то, как твердый член входит в меня, с каждым толчком растягивая мою киску, отблескивая на свету от влаги... мои широко и невинно раздвинутые ноги, что открываются ему... мускулистый парень на мне, его бицепсы, что окутывают мои маленькие руки, его твердая грудь, что прижимается к моим сиськам, его закрытые глаза, слегка приоткрывающиеся при каждом толчке... Нет, это все не делало меня мокрой.
Так в чем же дело? В звуках? Влажный, шлепающий звук с которым его плоть впадает в меня? Или его приглушенные стоны смешанные с моими постанываниями, что говорит о хорошем сексе. Может быть само ощущение? Как гладко он входит глубоко внутрь меня, твердый, теплый цилиндр плоти, что вторгается в мои стенки, и пульсирует от крови. Мои пальцы на клиторе, что становятся всё влажнее. Его потная кожа, которая касается моей потной кожи. Его голая грудь на моей голой груди.
Нет, всё не то.
Нет, лучшая часть секса, та что возбуждает меня больше всего – это не запах, не чувства, не вид и даже не вкус члена во рту и горячих комков спермы, что влетают в меня столько раз, сколько я могу выдержать...
Лучшая часть секса это сам процесс.
Его форма. Его механика. Его осуществление.
Поиск готового и желающего мужчины. Убеждение его удовлетворить меня. Вытаскивание наших тел до максимума, высушивание всей его выносливости и способностей. В конце концов... использование мужчины. Высасывание всего из него, чтобы удовлетворить саму себя. Обман, чтобы она ставил мои желания превыше своих. Заставлять его удовлетворять меня всей силой, и когда мы наконец-то соединимся в единую, потную плоть... знать, что каждая его мысль, каждое движение и чувство предназначены мне. Эти несколько минут, пока он входит и выходит из меня, смотрит мне в глаза, выкрикивает моё имя... я его мир. Я его всё.
Та часть, где его член разбухает, горячий нектар вливается в меня, и порции густой, похожей на крем спермы, что вливается в мою матку, всегда вызывала у меня смешанные эмоции. С одной стороны – это кульминация всех наших усилий. Это часть, когда он теряет над собой весь контроль и оставляет частичку себя внутри меня. Он больше не мой, он больше не думает обо мне. Разумеется, спустя мгновение, его член начинает опадать. Стенки моей киски сожмутся в результате моего собственного оргазма, заставляя сперму вырываться из его члена небольшими струйками, одна за другой, каждый раз, когда моя киска сжимает и отпускает его.
И в этот момент, его мягкий член выскочит из меня, а я почувствую ручейки спермы, что будут стекать к моей заднице. Вся его концентрация на мне уйдет. Он скатится в сторону, его разум снова начнет работать. Он поймет, что сделал. Возможно, начнет переживать... не был ли он слишком груб или небрежен. Забеспокоится... кончила ли я? С моим либидо меня не трудно заставить кончить, но ему об этом знать необязательно.
Если секс был особенно хорош, то я прикрою киску, и буду сжимать её, продолжая кончать, чувствуя как семя вытекает из моей матки, буду думать о том, что если бы я внезапно забеременела. Теперь я была плодородна. То, на что я всю жизнь даже не надеялась, теперь было вполне возможно. Этот мужчина только что мог сделать мне ребенка.
Разумеется, я была внимательна и принимала травы, что предотвращают беременность. Достать их было довольно легко, в них совсем не было никакой магии. Я слышала, что в Древнем Риме было лекарство от беременности на основе трав, настолько хорошее, что Римляне полностью истребили его. Этот мир пока не уничтожил свои травы, и следовательно, индустрия росла.
Травы взращивали демоны. Люди понимали иронию того, что лекарство от плодородия продавали существа, что любили насиловать людей. Поэтому такие травы назывались демоническими и были запрещены на большей части человеческих земель. Поэтому, из единственной человеческой страны на демоническом континенте, они разлетались по черному рынку и быстро стали моим выбором для того, чтобы оставаться чистой.
Однако, абсолютной гарантии они не давали. В мире где не существует презервативов, я могла забеременеть. Каждый раз, когда в меня кончал парень, была такая вероятность. Вот так и живут все нормальные женщины? Как у них хватает нервов? В какой-то мере опасность придавала большего возбуждения, но небольшая надбавка к оргазму не стоила тех часов вины, когда я понимаю, что эти маленькие засранцы плавают внутри и пытаются изнасиловать мои яичники собой.
— Нужно было проглотить, — вздохнула я, засовывая палец в щелку и выгребая сперму, отчего она струйками вновь начинает стекать к моей заднице, собираясь в лужицу под ней.
— А? — издал непонимающий звук парень, что лежал рядом со мной.
