По правде говоря, я не знала, было ли это правдой. Однако, я поняла, что Пирс больше не был в состоянии мне помочь. Скорее, как Мэри только что заявила, моя будущая судьба зависела от нее. Поэтому она была тем человеком, на котором мне теперь нужно было сосредоточиться. Я могла еще многому научиться у суккубов. Она ранее упоминала о ян. Означает ли это, что инь и ян существуют в этом мире? Отличаются ли друг от друга жизненные силы мужчины и женщины? Мои способности никогда не касались специфики ни одного из полов. Это вызвало еще больше вопросов.
Я раздумывала об этих вещах, пока двое мужчин уводили Пирса, который ушел по собственной воле, в то же время смотря на меня с беспокойством. Я ответила ему улыбкой, которая, я надеялась, выглядела обнадеживающей. Когда мужчины взяли Пирса, к нему не было применено никакой силы. Мужчины не надели на него наручники и не повязали ему руки. Казалось, что Пирс знал этих мужчин. Все это взаимодействие казалось
чем-то более личным, как семья, которая занимается внутренней проблемой, а не преступник, которого наказывают за систематическое нарушение. Это дало мне некоторую надежду на мое будущее в колонии. Они походили на какую-то тесно связанную группу.
Когда Пирс скрылся из виду, Мэри повернулась ко мне. – Ну?
Она махнула рукой вправо. Поскольку я не знала, где я, я могла только кивнуть в ответ. В следующую минуту мы уже шли с Мэри рядом друг с другом, она протянула руку и схватила меня за мою. Возможно, это было похоже на двух друзей, идущих по улице, если бы не двое охранников, оставшихся по обе стороны от нас.
Кроме того, хоть я и называла это улицей, это больше походило на пыльную дорогу. Здания не были впечатляющими, даже несмотря на то, что я привыкла к этой средневековой обстановке. В то время, как тюрьма была сделана из камня, большая часть зданий была построена из обрезков древесины и меха животных. Походя на наряд Мэри, все это вызывало у меня сильное ощущение примитивной племенной культуры. Можно было увидеть всего несколько дюжин зданий, от большого скопления палаток, не похожих на такую, в которой я однажды жила с Деновой, до домов в стиле вигваме.
Когда мой взгляд пал на стадо овец, пасущихся на соседнем холме, я не могла не заговорить. – Вы едите пищу?
Мэри слегка засмеялась – Конечно, мы едим пищу. Все должны есть, чтобы выжить.
Я слегка нахмурилась. – Тогда в чем смысл...
– Секса? – Мэри игриво посмотрела на меня, и я только могла ответить вежливой улыбкой и кивнуть, прежде чем она продолжила. – Камбионы также нуждаются в жизненной энергии. В отличие от эльфов, зверей или демонов... происхождение камбионов неизвестно. Для монстров и демонов магия является жизнью. Кажется, что только люди и звери могут выжить в отсутствие магии. Другие виды быстро заболевают и умирают. Камбионы, мы похожи, но мы нашли способ обходить потребность в магии. Выпивая из самого источника жизни, мы размножаемся, мы растем, мы живем.
– А магия?
– Она нам не нужна. Ну, больше не нужна.
– Если вы, ребята, нуждаетесь в жизни, чтобы выжить, разве вам не нужны люди, чтобы охотиться на них? Не похоже на то, что у вас достаточно людей для того, чтобы обеспечить каждого суккуба человеком. У вас достаточно людей, чтобы накормить всех?
– Ты довольно любопытная, не так ли? – я просто пожала плечами, при виде внимательного взгляда Мэри. – Ты предполагаешь, что мы потребляем жизненную энергию в процессе совокупления. Акт совокупления - это всего лишь процесс, во время которого мы собираем жизненную энергию. Мы можем ее хранить. Подобно доению коровы, жизненную энергию можно собирать и распределять. Мы получаем больший урожай и больший успех, когда каждому человеку назначается один камбион. Интимные отношения помогают иллюзиям, а соитие помогает увеличить урожай.
– А если украсть эту жизненную энергию, они умрут?
Мэри удивилась. – В конце концов да. Жизненная сила не может просто взять и восстановиться, как мана или жизнестойкость, но она восстанавливается до некоторой степени. Чем выше твоя жизнестойкость, тем лучше она восстанавливается. Повторные кормления, в конечном счете, сокращают жизнь человека, но немногим людям, насколько я знаю, удается достичь максимальной продолжительности жизни.
Она была права. В этом мире большинство людей не доживают и до 50. Какая разница, даже если они отнимут десять лет от столетней жизни, которую ты, вероятно, никогда не проживешь. Однако, аналогичным образом, это не значит, что какие-либо исследования были проведены, поэтому, каковы бы ни были долгосрочные последствия неоднократной отдачи своей жизненной силы, это, вероятно, точно не было известно в этом мире.
– Конечно... – Мэри вздохнула, наблюдая за мной, остановившись перед одной из палаток. – Большинство людей в конечном итоге начинают сопротивляться. Мы редко можем питаться одним и тем же человеком в течение более чем нескольких лет максимум. А потом...
– Что вы с ними делаете потом? – спросила я, нахмурившись.
