– Верно, но даже она отметила, что с моралью у него все в порядке и он никогда не обидел бы своих учеников. А насилуют ради того, чтобы почувствовать власть. Насилие – это агрессия, нападение, а Восс защищался, ощущая себя загнанным в угол зверем.
– Насильник не испытывает уважения к женщинам. Джейкоб – мелкий заносчивый засранец, который уже в полной мере продемонстрировал свое непочтительное отношение к Тессе, надругавшись над ее бессознательным телом. – Шарп взял фото Джейкоба и переместил его в центр доски. – У нас нет веских доказательств, что он убил Тессу, однако мы оба считаем, что он главный подозреваемый.
– Он здесь еще и смеется. Ему явно нравилось издеваться над ней!
– К сожалению, твоя оценка выражения его лица не может служить доказательством, – саркастически заметил Шарп. – Давай-ка вернемся назад. Джейкоб замечает Тессу на вечеринке. Она с Ником, и это его распаляет. Что, если она отказалась спать с ним, когда они встречались? Тогда единственный способ довести дело до секса – подмешать ей наркотики. Причем было очевидно, что с Ником она любовью занималась, дав, таким образом, ему то, в чем отказала Джейкобу.
– И вот он незаметно сбегает из дома, – подхватил Ланс версию Шарпа. – Берет с собой презервативы, планируя изнасиловать ее, взять то, чего она не хотела ему давать, но что якобы принадлежало ему по праву.
– А как он узнал, что она еще у озера? – озадачился Шарп.
– Этого я не знаю. Когда он покинул вечеринку, она сидела у себя в машине и рыдала. Может, он и не знал, а просто надеялся, что она еще там.
– Тем вечером она звонила ему домой, – напомнил Шарп. – Либо сам Джейкоб подошел к телефону, либо он подслушал разговор Тессы с отцом. Нам неизвестно содержание этого разговора, мы располагаем лишь показаниями Филлипа Эмерсона, которым он в целях защиты сына мог придать совершенно произвольный смысл. А что насчет ножа? Он взял его с собой, замышляя убийство?
– Не знаю. Может, изначально он собирался использовать его исключительно для устрашения, но потом она вывела его из себя – Джейкоб не отличается умением владеть собой.
Шарп и Ланс переглянулись.
– Но нам тут ничего не доказать, – сказал Шарп.
– Угу.
– Есть один человек, который был на вечеринке и которого полиция так и не допросила. – Шарп стремглав выбежал из комнаты и вернулся с фотографией Джейми Льюис, которую прикрепил к доске магнитом. – Джейми Льюис с той ночи никто не видел, включая ее лучшего друга. Я все утро разъезжал по тем местам, что указал в списке Тони. Обзвонил всех ее друзей и проверил примерно половину мест, где, по мнению Тони, Джейми часто появлялась. И ни единого следа! А что, если Джейми стала свидетелем убийства и так перепугалась, что рванула прочь из города?
– Вполне вероятно. – Ланс потер затылок, который начинал побаливать. – Я буду проезжать мимо дома Эмерсонов на пути к больнице. Хотелось бы пообщаться с их горничной наедине…
– Осторожней там. Эмерсон-старший и так уже вопит о преследовании.
Ланс пожал плечами:
– Ну он же подал иск против города, а мы – лица частные.
– В общем, ты меня понял.
– Угу. – Ланс зашел к себе в кабинет за ключами. – А у вас какие планы?
– Продолжу работать со списком мест, где может скрываться Джейми. А потом хочу взять деньжат и пойти за подмогой к коллегам-отставникам. Они этот город как облупленный знают. Если Джейми Льюис еще где-то здесь, я ее найду.
– Я наберу тебя, если будет что-то новое, – сказал Ланс и пошел к выходу.
Когда Ланс припарковался у дома Эмерсонов, в нем на вид все было тихо. Поначалу он планировал просто немного понаблюдать за домом, но поскольку все члены семьи ставили свои машины в гараж, сказать, кто был дома, а кого там не было, находясь снаружи, было невозможно. Ланс достал фотоаппарат и при помощи объектива стал всматриваться в окна, однако никого, кроме горничной, прибиравшейся в комнатах, разглядеть не смог.
Он прождал минуть десять, продолжая наблюдение. Ничто в доме не говорило о присутствии Джейкоба или Филлипа.
Ланс вышел из машины, подошел к входной двери и нажал кнопку звонка.
Горничная открыла дверь. На вид ей было лет пятьдесят пять, на ней была незамысловатая серая униформа с белым фартуком, а темные с проседью волосы были убраны в тугой пучок.
– Что вам угодно? – спросила она.
– Я хотел увидеть мистера Эмерсона, – улыбнулся Ланс.
– Вы уже были у нас, – насупилась она.
– Это так. Мистер Эмерсон дома?
– Который из них? – уточнила она.
Попадать под обвинение в преследовании несовершеннолетнего Ланс не собирался.
– Филлип Эмерсон.
– Нет, – горничная покачала головой. – К сожалению, его нет дома. Ему что-нибудь передать?
– Да. – Ланс протянул ей свою визитку. – Будьте добры, передайте ему, что я хочу побеседовать с ним.
Горничная приняла визитку.
– В будущем, пожалуйста, звоните заранее, чтобы назначить встречу.
– Кто там, Майра? – раздался голос в прихожей позади горничной.
В дверном проеме показался Джейкоб Эмерсон. Он узнал Ланса, и лицо его мгновенно превратилось в каменную маску:
– Что вы здесь делаете?
