Он гладил ей лодыжку кончиками пальцев. Сколько времени прошло с того последнего раза, когда мужчина касался ее обнаженной кожи? Годы… Это было так давно, что сейчас эти прикосновения казались ей совершенно новым, неизведанным ощущением.
Она оказалась практически у него на коленках, а он, похоже, не торопился менять позу, и, честно говоря, она бы не отказалась целиком заползти в его объятия.
– Мне пора, – сказала она.
– Ой. Конечно. – Ланс отпустил ее.
Она убрала ноги с его коленей и встала.
– Еще раз спасибо!
Дневной адреналиновый шторм давно утих, и его место заняла усталость. Она почувствовала себя вымотанной и одинокой – и уставшей от одиночества. Оставаться так близко к Лансу в подобном состоянии было опасно: если она сейчас же не уйдет, то рискует поставить себя в глупое положение, поскольку все, о чем она могла думать в эту минуту, – это поцелуй.
Впрочем нет, фантазии ее улетели уже
Он бросил салфетку в мусорное ведро.
– Может быть, тебе стоит надевать штаны, когда ты не в суде? Или по крайней мере когда ты разгуливаешь по лесу. Не то чтобы мне не нравилось разглядывать твои ноги, но…
– Правда?
Она что, флиртует? Она еще помнит, как это делается? Видимо, это как ездить на велосипеде, тем более что с ним все получалось абсолютно естественно.
– Правда. – Он приподнял одну бровь.
Но реализовать на практике свои мысли насчет поцелуя у нее не хватило духу.
Пока что.
– Пойду переоденусь. – Она выскочила из кухни, прошла в ванную и сменила костюм на легинсы, футболку и белые кроссовки.
Когда она предстала перед его глазами в новом наряде, он улыбнулся.
– Что?
– Ничего. Ты такая милашка!
– Милашка?! – Рост Морган был около 175 сантиметров. – Меня никто не звал милашкой с тех пор, как в средней школе я переросла всех мальчиков в классе!
Улыбаясь все шире, он медленно подошел к ней.
– Ну, по сравнению со мной ты – дюймовочка.
Он был почти на голову выше и раза в два шире в плечах.
– Что есть, то есть. Ты, наверное, грузовик можешь поднять?
– Да легко! – Он картинно напряг свои бицепсы.
Внизу живота у нее тут же приятно потеплело.
Э-эх… пора было уходить.
– Еще раз спасибо за все, что ты сегодня сделал! – Она зашла в свой кабинет и взяла несколько папок – у нее еще оставалась кое-какая неизученная информация, присланная из офиса прокурора, и она была твердо намерена проштудировать к понедельнику каждую букву в каждом документе.
Он последовал за ней и встал в дверях комнаты.
– И снова пожалуйста. Какие планы на завтра?
– Проведу день с девочками, а утром и вечером, пока они спят, поработаю. – Работу и семью нужно было как-то разграничить. Плюс самозанятости в том, что когда в том есть потребность, можно работать дома. Правда, в данном случае бесплатно.
Ланс кивнул:
– Ладно, мне все равно нужно везти маму на групповое занятие. На это уходит все утро.
– Тогда до понедельника, – заключила она. – Дашь знать, если мама найдет что-нибудь интересное?
– Да, позвоню, – улыбнулся он.
Она запихнула папки в сумку и перекинула лямку через плечо. На выходе из кабинета они слегка коснулись друг друга бедрами в узком проходе, и он поймал ее рукой. Взгляд его упал на ее губы.
Он хочет поцеловать ее.
Но несмотря на то, что она и сама еще несколько минут назад задумывалась о поцелуе, сейчас такая перспектива дернула колокольчик тревоги в ее однажды раненном сердце. Помимо несомненного физического притяжения, возникшего между ними, он нравился ей просто как человек. Все в нем казалось ей привлекательным, от бесстрашия и доброты до хорошего чувства юмора.
Увы, в эти дни на ее плечах лежала вся тяжесть смерти Тессы и необходимости думать о будущем Ника, и поэтому чувства к Лансу – которые в данной ситуации были, скорее, слабым местом – сделали бы ношу совсем неподъемной.
Он уже склонил голову, но она встала на пути у его желания, уперев ему руку в центр груди.
– На сегодня это, пожалуй, слишком. – Она хотела высказаться более красноречиво, но не смогла найти слов. – Увидимся в понедельник, хорошо?
После этой фразы сексуальное напряжение, висевшее между ними, обернулось неуклюжей неловкостью.
Коротко кивнув, он дал ей пройти. На секунду лицо его обрело такое выражение, будто он хотел что-то сказать, но промолчал и просто проводил ее до машины. Лишь когда щелкнули замки ее дверей, он отошел в сторону.
На пути домой Морган постаралась успокоиться. Когда она приехала, девочки резвились в ванне.
Сидя в своем кресле, дедушка сложил газету и сдвинул брови:
– Что с тобой случилось? У тебя листья в волосах!
Она присела на край дивана и рассказала о событиях дня. Смысла преуменьшать опасность, с которой она встретилась, не было никакого – дедушка все равно поговорил бы для проверки со Стеллой.
– Слава богу, Ланс был с тобой.
– Ага, – согласилась она.
– Но мне все равно все это не нравится, – проворчал дедушка.
