У Рейфа и весь этот год был долгий и трудный. Сначала он лишился отца, а через неделю – чемпионства. Конечно, он делал вид, что не горюет, но она, Клио, все понимала. И она прекрасно помнила, как Рейф выглядел, когда она приехала в дом маркиза Гранвилла вскоре после смерти хозяина. На его лице еще оставались следы жестокого избиения. Да и глаза у него были очень печальные. Жаль, что у нее не хватило храбрости обнять его тогда. Но сегодня она исправит ошибку.
– Почему ты уверен, что не заслуживаешь счастья, Рейф?
Он долго медлил с ответом, потом наконец сказал:
– Не уверен, что ты сможешь понять. У меня плохо получается быть хорошим, зато хорошо получается быть плохим. Ты не знаешь, кто я, собственно, такой и чем долгое время занимался. Ты не знаешь обо мне очень многого.
– Возможно, и не знаю. Но я точно знаю, что ты кое-что заслужил за свои сегодняшние дела. – Клио приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. – Это – за музыку. А это – за цветы. – Она чмокнула его в подбородок.
– Клио, прекрати!
– И еще – за торты. – Она прижалась губами к его шее и замерла, с жадностью вдыхая мужской запах.
Внезапно из его груди вырвался сдавленный стон, и Клио тотчас же поняла, что стон этот придает ей смелости; ей нравилось чувствовать свою власть над этим мужчиной. Подумать только!.. Рядом с ней – Рейф Брандон, один из самых сильных и опасных мужчин Англии. А она, мисс Клио Уитмор, заставляла его стонать!
Подняв голову, она убедилась, что он пристально смотрит на нее. И его глаза были затуманены желанием.
– Ты должна покинуть эту комнату, – тихо произнес он. – Немедленно.
Но это не входило в планы Клио. Спорить она не стала, однако же и выходить не собиралась. И она понимала, что в душе Рейфа шла борьба: он разрывался между чувством долга и влечением к ней. Да-да, это была настоящая борьба. И она, затаив дыхание, ждала исхода этой борьбы.
И вот, наконец, его руки легли ей на талию, а потом… Потом он вдруг крепко прижал Клио к себе – и при этом ее ноги оторвались от пола. Но она ничего не имела против. Жар его тела, казалось, вливался в нее, пробуждая неведомые доселе ощущения.
Внезапно его губы оказались совсем рядом с ее губами, и теперь его дыхание было шумным и прерывистым.
«Да, господи, да!» – мысленно воскликнула Клио. Вот что значит желать и быть желанной! И теперь, когда она это узнала, – теперь никто не заставит ее довольствоваться малым. Она не хотела «удобного» и приличного во всех отношениях брака. Она хотела… именно этого мужчину. Хотела Рейфа Брандона.
Клио покрепче ухватилась за его рубашку – на всякий случай, чтобы он не вздумал ее отпустить.
– О, Рейф…
Внезапно дверь спальни распахнулась, и тут же послышалось:
– Привет.
Рейф, надо отдать ему должное, еще крепче прижал к себе Клио.
– Кто там? Назовитесь, – проворчал он.
«О боже!» – ужаснулась Клио. Повернув голову, она увидела стоявшего в дверях сэра Тедди Камбурна. И выглядел он… как-то странно.
«Аллилуйя!» Такова была первая инстинктивная реакция Рейфа, когда дверь открылась и на пороге обнаружился сэр Тедди.
«Отлично! Превосходно! Слава богу!»
Борьба окончена. Теперь всем все ясно. Его застали на месте преступления. Он, Рейф, – негодяй и за это поплатится. Зато теперь можно будет отказаться от всех свадебных планов. Он позволит сэру Тедди Камбурну пустить ему на рассвете пулю в лоб. Если тот, разумеется, попадет ему в лоб. Но в любом случае – даже если он не будет убит, – он скроется, исчезнет. Чтобы никогда больше не видеть Клио с Пирсом и их семейного счастья навсегда. Что ж, вот и хорошо.
Но Камбурн, судя по всему, даже не догадывался о его, Рейфа, планах. Баронет не шумел, не кричал, не называл его подлецом и мерзавцем и не требовал, чтобы он немедленно отпустил его родственницу и назвал имя своего секунданта. Стоя на пороге в одной только ночной рубашке, с ничего не выражавшим лицом, он держал в руке пару черных сапог. И вдруг, переступив порог и протянув их Рейфу, проговорил:
– Вот, возьмите…
Весьма озадаченный происходившим, Рейф молча взирал на баронета. «Может, в дуэльном кодексе появились новые правила, которые мне неизвестны?» – спрашивал он себя. Он всегда считал, что самый обычный способ вызвать человека на дуэль – бросить ему перчатку. Неужели теперь возникла новая мода – давать ему сапоги?
И тут откуда-то издалека послышался голос Дафны:
– Тедди, куда ты подевался?!
Баронет никак не отреагировал на голос жены. Снова протянув Рейфу сапоги, он сообщил:
– Их надо почистить к завтрашнему утру. Мама поведет меня в зверинец.
– Возьми же их, – прошептала Клио. – Он иногда ходит во сне.
Рейф взял сапоги, а Клио тут же обняла сэра Тедди за плечи и повернула лицом к двери.
– Все хорошо, – сказала она. – Ты все сделал правильно, а теперь можешь вернуться в постель.
– Надеюсь, там будут тигры, – сказал Тедди. – Мама сказала, что там должны быть тигры.
– Конечно, ты обязательно увидишь тигров, – заверила баронета Клио.
– Тигры – они полосатые. И они говорят… р-р-р.
