—
Эммит без колебаний бросился на меня, раскачиваясь из стороны в сторону на своих кривых ногах, надеясь зажать меня между столом с чашками и корзиной с боевыми палками, которые предыдущие спарринг-партнёры побросали после своих схваток. Он вскинул свою палку и обрушил её на меня. Он не сдерживался, собираясь вышибить мне мозги или что похуже. В том, чтобы убрать меня, был определённый смысл. Эммита могли наказать, но население темницы снова сократилось бы до тридцати, а значит «Честный» был бы отложен до тех пор, пока не найдут ещё двоих цельных. Возможно, он даже считал это заступничеством за команду, но я в это не верил. Какой бы ни была причина, Эммит решил, что я ему не нравлюсь.
Я присел, вскинув свою палку. Он ударил по ней вместо моей головы. Поднявшись с корточек, я толкнул его палку и отбросил Эммита назад, смутно услышав взрыв аплодисментов в VIP-ложе. Я отошёл от корзины и стола, тесня противника, заставляя вернуться на открытое пространство, где я мог использовать всю свою скорость. Конечно, не ахти какую, но с такими кривыми ногами Эммит и сам не был гончей.
Он ударил своей палкой сначала по моей левой стороне, затем по правой. Теперь, когда я не был зажат, я легко парировал удары. И я разозлился. Очень. Как тогда на Кристофера Полли, когда сломал ему одно запястье, избил, а затем сломал второе. Как злился на отца, когда он начал пить после смерти мамы. Я оставил его в покое, не жаловался по поводу его пьянства (сильно), но выражал злость другими способами. О некоторых я вам рассказывал, о других мне рассказывать стыдно.
Мы ходили кругами по траве, наступая, пригибаясь и делая обманные движения. Узники молча наблюдали. Келлин, Аарон и остальные ночные стражи также смотрели на нас. В VIP-ложе коктейльная вечеринка притихла. Эммит начинал тяжело дышать, и уже не так быстро управлялся со своей палкой. Больше он не улыбался, что было хорошо.
— Ну давай, — сказал я. — Иди сюда, ты бесполезная скотина. Посмотрим, что ты умеешь.
Он бросился вперёд, подняв свою палку над головой. Я схватился обеими руками за один конец своей палки, а другим ткнул его в живот, чуть выше паха. Нанесённый им удар пришёлся по плечу, отчего оно онемело. Я не отстранился. Бросив свою палку, я вытянул левую руку и выхватил палку Эммита. Я ударил его по ляжке, отступил и снова ударил по бедру, вложив всю силу своих ног в замах, будто пытался отбить бейсбольный мяч по правой кромке поля.
Эммит завопил от боли. «Сдаюсь! Я сдаюсь!»
Мне было насрать. Я снова замахнулся и ударил его по руке. Он развернулся и бросился бежать, но у него сбилось дыхание. А ещё подвели кривые ноги. Я посмотрел на Келлина, который пожал плечами и махнул рукой в сторону моего бывшего противника, как бы говоря
Я просто хотел отмудохать этого козла.
Я дважды ударил его по жопе, добротными сильными ударами. От второго он упал на колени. «Сдаюсь! Сдаюсь!
Я поднял свою боевую палку над головой, но прежде чем успел опустить её, Верховный Лорд схватил меня за локоть. Возникло то ужасное ощущение, будто меня коснулись голые провода под напряжением, и из меня словно высосали все силы. Подержи он меня подольше, я бы потерял сознание, как тогда у ворот, но он отпустил мою руку.
— Хватит.
Мои пальцы разжались, и я выронил палку. Затем я опустился на одно колено. VIP-ы аплодировали и свистели. У меня перед глазами всё плыло, но я разглядел высокого парня со шрамом на щеке, который что-то шептал бледнолицей женщине, небрежно обхватив при этом одну из её грудей.
— Встань, Чарли.
Мне удалось подняться. Келлин кивнул Аарону.
— Время игры закончилось, — сказал Аарон. — Все выпейте ещё по одной.
Не знаю, как остальные, но мне бы это не помешало.
