Я спросил ее, что это значит, и она объяснила, что стержни, входящие в его ногу, нужно регулярно протирать дезинфицирующим средством. Она сказала, что это болезненная процедура, но не такая болезненная, как инфекция, которая может привести к гангрене.
— Я хотела приходить четыре дня в неделю, но он этого не позволил, — сказала Мелисса. — Он очень четко представляет, что у него будет, а чего не будет.
Расскажи мне об этом, подумал я.
— Сначала ему нужно будет много помагать, Чарли, и он говорит, что ты это сделаешь.
— По его словам, — вставила миссис Рейвенсбургер, — вы — его план выздоровления.
Она разговаривала со мной, но смотрела на моего отца, как бы приглашая его возразить.
Он этого не сделал.
Мелисса открыла новую страницу в своем маленьком блокноте, который был ярко-фиолетового цвета с рычащим тигром на обложке.
— Он говорит, что на втором этаже есть ванная?
— Да -. Я не стал утруждать себя тем, чтобы сказать ей, что он действительно маленький. Она выяснит это во время своего первого визита в дом.
Она кивнула.
— Это очень хорошо, потому что какое-то время он не сможет подниматься по лестнице.
— Но в конце концов он сможет это делать?
— Если он будет усердно работать, конечно. Он пожилой – утверждает, что на самом деле не знает точно, сколько ему лет, – но он в хорошей форме. Не курит, говорит, что не пьет, не имеет лишнего веса.
— Это важно, — сказал папа.
— Держу пари, что так оно и есть. Избыточный вес вызывает огромную озабоченность, особенно у пожилых людей. План состоит в том, чтобы он покинул больницу в понедельник. До этого по бокам унитаза должны быть установлены предохранительные планки. Ты можешь сделать это в эти выходные? Если нет, мы перенесем его выписку на вторник.
— Я могу это сделать. – Нужно найти соответствующее видео на YouTube.
— Ему понадобится утка на ночь и ночной горшок на крайний случай. Тебя это не пугает?
Я сказал «нет», и так оно и было. Я не раз убирал рвотные массы; сброс какашек из горшка в унитаз на самом деле может быть шагом вперед.
Мелисса закрыла свой блокнот.
– Есть тысяча других вещей — по большей части, мелочей. Тебе поможет это.
Она достала брошюру из заднего кармана джинсов. Название не было «Уход на дому для чайников», но могло бы быть. Я сказал, что прочту его, и положил в задний карман.
— Я буду лучше знать, что нужно, когда увижу это место своими глазами, — сказала Мелисса. — Я думала пробежаться туда сегодня днем, но он очень настаивает, чтобы я не заходил внутрь, пока он не вернется.
Да, мистер Боудич мог быть очень настойчивым. Я понял это сразу.
— Ты уверен, что хочешь взяться за это, Чарли? — спросила миссис Рейвенсбургер. На этот раз она не стала сначала спрашивать моего отца.
-Да.
— Даже если для этого придется провести с ним первые три или четыре ночи? — спросила Мелисса. — Я пытался обсудить возможность помещения в реабилитационный центр – есть хорошее отделение под названием «Ривервью», где есть места, – но он и слышать об этом не хотел. Сказал, что просто хочет домой.
— Я могу остаться с ним. — Хотя мысль о том, чтобы, возможно, спать наверху в спальне, которую я до сих пор даже не видела, была странной. — Нет проблем. Сейчас школьные каникулы.
Миссис Рейвенсбургер повернулась к моему отцу.
— Вас устраивает это соглашение, мистер Рид?
Я ждал, не уверенный, что он скажет, но он пришел.
— Немного волнуюсь по этому поводу, что, вероятно, естественно, но Чарли ответственен, мистер Боудич, похоже, установил с ним связь, и у него действительно больше никого нет.
Я сказал:
— Мисс Уилкокс, насчет дома…
Она улыбнулась.
— Мелисса, пожалуйста. В конце концов, мы будем коллегами.
Мне было легче называть ее Мелиссой, чем мистера Боудичем Говардом, потому что она была ближе к моему возрасту.
— Насчет дома – не принимайте это близко к сердцу, как будто он боится, что вы собираетесь украсть вещи или что-то в этом роде. Он просто... ну...— Я не совсем знал, как закончить, но папа знал.
— Он частное лицо.
— Верно, — сказал я. — И вы должны сделать скидку на то, что он тоже немного ворчлив. Потому что...
Мелисса не стала дожидаться ответа.
— Поверь мне, если бы у меня был внешний фиксатор, удерживающий мою сломанную ногу, я бы тоже ворчала.
— Какая у него ситуация со страховкой? — спросил папа у миссис Рейвенсбургер. — Вы можете сказать?
Миссис Рейвенсбургер и Мелисса Уилкокс обменялись взглядами. Миссис Рейвенсбургер сказала: — Мне неудобно вдаваться в подробности финансового положения пациента, но я скажу, что, по словам казначея, он намерен лично позаботиться о своих расходах.
— А, — сказал папа, как будто это все объясняло. По его лицу было видно, что это ничего не объясняет. Он встал и пожал руку миссис Рейвенсбургер. Я тоже так думал.
Мелисса последовала за нами в холл, казалось, скользя в своих ослепительно белых кроссовках.
— ЛСУ[50]? – Спросил я.
Она выглядела удивленной.
— Откуда ты знаешь?
— Записная книжка. Баскетбол?
Она улыбнулась.
— И волейбол.
Учитывая ее рост, держу пари, у нее был адский удар.
