Сказка быль [СИ] полностью

   Ночь застала нас в лесу. Эльф сплёл шалаш из живого куста, похожего на ветками на иву, а листьями на маленький лопух. Листья в шалаше так плотно прилегали друг к другу, что образовывали надёжную крышу. А мы с гномом натаскали сухих веток. Точнее, гном притащил три сухих дерева, мою охапку можно не считать.

   – Продолжим уроки магии? – предложил эльф. С начала повтори всё, что знаешь.

   Знал я не много. Потушил костёр, потом снова разжёг его. Затем сшил друг с другом два лопуха, под конец, щелкнув пальцами, вызвал “звёздный свет”.

   – Как это...

   То, что мой “звёздный свет” накрыл всю поляну, их не удивило. Их поразили лопухи.

   – Он их склеил... Клянусь бородой, он их склеил.

   Эльф молчал, но явно был в шоке. Потом взял два других лопуха, попробовал склеить, не получилось. Я начал понимать.

   – Эл, ты не упоминал, что склейке поддаются только неживые материалы.

   – Не просто неживые, а только тканые. Причём одного материала. Два куска кожи ты этим заклинанием не склеишь.

   – Но лопухи срослись.

   – Да.

   Недолго думая, я отрезал кончик ремня, торчавший дальше пряжки упряжи, и приклеил его обратно.

   – Как это...

   Гном подёргал, проверяя,

   – Ты понимаешь, что это значит? – мрачно спросил он эльфа. – Я слышал только про одних существ, способных на такое.

   – Метаморф, – кивнул эльф.

   – И что сиё значит? – интересуюсь я.

   – Ты можешь колдовать над живым материалом. Про таких магов только легенды сохранились. Они за 40 тысяч лет до Падения Демонов исчезли. Мэрдак вообще считает, что их никогда не было. И до сих пор я с ним соглашался. У нас нет никого, кто прожил бы столько, чтоб знать тех, кто лично встречал метаморфов. Только легенды. Может быть, дракон Дартовер прожил столько. Но он не делятся своими тайнами.

   – Я что, могу принимать любую форму?

   – Нет. Это обычные обороти свою форму менять могут. Ты можешь менять других. Создавать новые виды. Так, по крайней мере, говорят легенды.

   Упс... Теперь я впадаю в ступор. Игра предлагает мне стать на уровень бога? Нет, не бога – творца!

   – А чего тогда вы такие угрюмые?

   – Да как бы тебе сказать, – тихо проговорил Эл. – В легендах про метаморфов много чего говорится. Разные они были. Но сходились одной чертой. Это были деспоты. Наш Тёмный – ребёнок, по сравнению с ними. Он только заставляет. А они могли подчинять себе, не спрашивая. Живые были для них инструментами. И они могли себе позволить вообще не считаться с мнением своих инструментов. Никто ведь не спрашивает мнение молотка, когда надо забить гвоздь. Потому их и ненавидели все.

   А ещё они были очень могущественны. Например, этот материк, Старый, на котором мы сейчас, трижды полностью очищали от жизни. Тёмный материк очищали один раз. Может быть это легенды...

   – Может и легенды. Да только я бывал в пещерах на глубине пять тысяч метров, – вставляет Тотон. – Там мало кто вообще бывал. Страшно. Эти пещеры выплавлены, а не вырублены. И там я видел высохшие тела арахнидов. И стены, покрытые их письменностью. Буквы тоже выплавлены в скале. Точнее, выдавлены, как в мягкой глине.

   Эльф снова впадает в шок,

   – И ты молчал!!!

   – Это тайна гномов, Эл. Прошу тебя не распространяться о ней. Просто случай уж такой выпал, что нельзя было промолчать. Про неё даже среди гномов только сотня или две знают. Мэрдак знает.

   – Может, расскажите про арахнидов?

   – Первая разумная раса. И самая могущественная. От них почти ничего не осталось. Метаморфы тогда выжгли весь мир и вскипятили океаны. Единственный случай, когда чистке подвёргся весь мир. Даже луны подвёргли чистке, потому что арахниды построили города даже там.

   – А как про них узнали, если все погибли? Или не все?

   – Арахниды погибли все. Сами метаморфы и рассказали следующей расе. Ещё уцелело несколько пещер с надписями на стенах. Выплавленные. Но метаморфы, когда узнавали про них, выжигали. Всё же следующим расам удалось зарисовать фрагменты этих надписей и расшифровать их. Эти знания вызывали рост могущества и гнев метаморфов впоследствии. Большинство записей погибли, но часть уцелела. Поэтому мы знаем, как выглядел алфавит арахнидов.

   – Вы расшифровали эти надписи? – спрашиваю я.

   – Нет, – отвечает гном. Похоже, он уже сердится на себя за свой порыв.

   – Как они выглядят? Ты ведь видел их тела.

   – Пауки. 8 лап с когтями. И под жвалами 4 мелких лапки с 4-ми пальцами на каждой. Размер паучка – три метра размах лап.

   – Удобно. А что стало с метаморфами, почему они исчезли?

   – Поссорились друг с другом. Мало их было, пятеро всего. Каждый создал несколько рас и начали войну. В общем, когда остался один, все расы взбунтовались. Старый материк он успел выжечь, а потом его убили. Было это, примерно, 41 тысячу лет назад. Потом расы передрались друг с другом. Всеобщая война, всех против всех, если верить легендам, длилась 10 тысяч лет, и закончилась гибелью самых воинственных. Погибли кентавры, морские ящеры, горгоны. Остальные сумели договориться. Вот так.

   Гостей я почувствовал. Не знаю, как, но стоило им вползти в освещённое заклинанием моего “звёздного света” пространство, я их почувствовал.

   – У нас гости, – сказал я.