Беллатрикс хотела поставить его на место, чтобы больше внимания уделял своим делам и не лез в чужие, но замерла, не произнеся ни слова.
– И что теперь делать? – угрюмо спросила она, в общем-то, не надеясь на ответ.
– Думай, Белла. Но напрямую навредить наследнику рода магия все же не даст.
«Ребенок, – в шоке думала она, спускаясь в родовой зал особняка Лестрейнджей. – Не может быть. Тони ошибается…» На гобелене и правда от вензеля с ее именем отходила едва заметная нить. «Не разобрать еще, кто. А может, плюнуть на все и родить? Пусть мужчины играют в свои игры». Но при одной мысли, что малыш будет похож на Руди или Басти, Беллатрикс затошнило.
Около недели она размышляла, что делать, но так и не пришла к определенному выводу. Беременность пока никак не давала о себе знать, единственным признаком было отсутствие женских недомоганий, но вряд ли муж и деверь смогли бы что-то заподозрить. Конец недели ознаменовался окончанием спокойной жизни – Беллатрикс впервые взяли в рейд.
– Лицо спрячь, вперед не лезь, заклятия бросай с умом, редких и родовых не используй, – учил Антонин шепотом, пока они шли к месту, где был назначен общий сбор.
Она кивала и куталась в великоватую мантию. В этом году зима наступила рано, и настойчивый северный ветер выдувал из-под одежды остатки тепла.
– Разделяемся на группы по шесть человек. Первой командует Каркаров, второй – я, – Яксли уверенно руководил сбившимися в кучу людьми. – Через три минуты срабатывают портключи. Напоминаю, что акции должны начаться синхронно в разных частях Лондона и деморализовать противника. Никакой жалости! Это демонстрация силы!
Долохов потащил Беллатрикс к группе Каркарова, но она замешкалась, споткнулась о ком мерзлой земли и они опоздали. Яксли торопил, размахивая увесистым канделябром-портключом. Рабастан первым протянул руку, остальные торопливо последовали его примеру. Беллатрикс тоже сжала пальцы на медном рожке, и почти сразу портключ перенес их группу в тихий маггловский район.
Было тихо. Где-то лениво брехал пес.
– Сюда, – Яксли повел их дому, стоявшему особняком, и запустил в небо уродливый знак.
Невдалеке собака захлебнулась лаем и перешла на вой, время от времени срываясь на жалобный скулеж.
– Вперед! – Яксли заклинанием разнес входную дверь и первым ворвался в дом.
Антонин чуть придержал Беллатрикс, пропуская вперед Басти и еще двоих из группы. Полуминутной задержки хватило, чтобы, войдя, они оказались в просторном холле одни, не считая растерзанного детского тела на полу у подставки с зонтами. Сверху доносился шум, кто-то тонко и надрывно кричал.
– Наши пошли наверх, давай проверим кухню, – прошептал Долохов и потащил ее куда-то вбок.
Беллатрикс не сопротивлялась. Ей казалось, что это страшный сон, нужно только проснуться, и все прекратится…
– Пей.
К губам прижалось горлышко походной фляжки. Она послушно сделала глоток и задохнулась от непривычной крепости напитка. Лучше не стало. Во рту сохранялся гадкий вкус желчи, как еще Долохов с ней разговаривает после того, как ее вывернуло прямо ему на ботинки.
– Пей, Белла, пей. В первый раз всегда так… Мерзко.
Она торопливо сделала еще пару глотков. Дикое напряжение и ужас постепенно отпускали, но отвращение к себе никуда уходить не собиралось. Ей казалось, что теперь всю оставшуюся жизнь перед глазами будет стоять лицо зареванного белокурого ангелочка, который прятался на кухне в стенном шкафу.
– Что, и никаких «я тебе говорил» не будет? – глухо спросила она.
– Упреки или раскаяние – какой теперь в этом смысл? Пути назад нет, – Долохов глотнул из фляжки сам, поморщился.
– Я подняла палочку на ребенка, – бесцветно сказала она. – Ты можешь найти в этом смысл? Сколько ему было, лет пять? Лорд воюет с детьми?
– Не разочаровывай меня, Белла. Не заставляй считать дурой. Это всего лишь акт устрашения.
– Ах, даже так!
– Мы могли друг перед другом делать вид, что не знали про ребенка в шкафу. Не слышали, как он всхлипывает, шевелится и источает флюиды страха. Перед друг другом, Белла! Не пред Яксли. Ты видела труп в прихожей? Ты слышала, как кричали перед смертью наверху его родители? Что заставляет тебя думать, что этот малыш умер бы иначе? Тебя проверяли, ты проверку прошла. Яксли доложил лорду. Теперь радуйся – ты полноценный член нашего сообщества палачей и убийц. Повязана кровью, как и все мы. Поздравляю!
– Я не хочу! – Беллатрикс разрыдалась, после долгой паузы Антонин крепко обнял ее и прижал голову к плечу.
– Поздно. – Шептал он. – Слишком поздно. Можешь утешить себя тем, что малыш умер мгновенно. Он теперь на небесах вместе с родителями.
– Ненавижу, ненавижу, как же я его ненавижу!
Долохов не стал уточнять, кого именно. Слишком много кандидатов было вокруг на такое искреннее чувство.
– Белла, жизнь, несмотря ни на что, продолжается. Помнишь царя Соломона? Все проходит, и это тоже пройдет.
– Вот только когда…
– Иди, Белла. Тебя ищут, будь осторожна и помни о защите разума.
Она отстранилась и долго смотрела в прозрачные голубые глаза.
