Сказка для двоих полностью

Нормальные начальники не заставляют своих секретарей доставлять финансовые отчеты адресату прямо в руки, рискуя подхватить пневмонию. Они позволяют им спокойно печатать или отвечать на телефонные звонки в тихих, уютных офисах. Но, к сожалению, Эмма О’Рорк вынуждена была признать, что у нее не было нормального начальника. Она работала на Марию Кент, и, когда глава «Отелей Кентов» говорила «прыгай», следовало не просто прыгать, а вежливо уточнять насколько высоко, насколько далеко и стоит ли прихватить с собой парашют.

И вот она здесь, замерзает у причала в Бостонском порту. «Даже не думай уйти с пристани не получив ответа от Гидеона», – велела ей миссис Кент, а ее приказы не обсуждаются. Эмма жалобно вздохнула. В такие дни, как этот, она начинала задумываться, а не ошиблась ли она с выбором профессии.

Стуча зубами от холода, девушка поплотнее закуталась в пиджак, с тоской вспоминая об оставленном дома пальто. К сожалению, небесно-голубая униформа сотрудников отеля была предназначена для того, чтобы выглядеть элегантно, а не противостоять разбушевавшейся стихии. Если в центре города было сравнительно тепло, то здесь с моря дул холодный ветер, пробирающий до самых костей. В воздухе клубился влажный туман, которого, Эмма могла бы поклясться, не было, пока она не припарковалась на стоянке возле доков.

Неподалеку от берега, разрезая пенные волны, скользил парусник. Какой сумасшедший решил покататься на лодке в Новой Англии в конце октября? Видимо, это и есть ненормальный внук Марии. И судя по тому, что лодка двигалась параллельно берегу, домой он явно не спешил.

Начал накрапывать мелкий дождь. Девушка с отвращением убрала от лица мокрую прядь медных волос – когда она вернется в офис, она будет похожа на утонувшую в заливе крысу.

– Эй! – Хриплый мужской голос заставил девушку обернуться к воде: лодка быстро приближалась к причалу.

Управлявший судном мужчина приветственно поднял руку, и Эмма увидела большую дыру на его старом рыбацком свитере. Простите, это и есть Гидеон Кент, драгоценный внук любимой начальницы, ради которого она тут замерзает?

На пристань, у ног Эммы, упала толстая веревка, заставив ее испуганно отпрыгнуть.

– Накиньте петлю на столбик!

Похоже, он обращается к ней. Чтобы полностью в этом удостовериться, девушка огляделась, но других потенциальных собеседников не обнаружила. А значит, некого было попросить подержать конверт с бумагами, который она все это время держала в руках.

На сырую от дождя землю его класть тоже было нельзя, поэтому Эмма зажала конверт под мышкой и попыталась исполнить просьбу. Веревка оказалась шероховатой и мокрой, с большой петлей на конце. С трудом сдерживая брезгливую гримасу, девушка надела петлю на ближайшую сваю и сделала пару шагов назад.

– Не так, моя веревка должна находиться под петлей, которая уже есть на столбике.

Сдерживать раздражение становилось все сложнее. «Это что, и правда имеет принципиальное значение?» – мысленно вопросила девушка.

– Так не будем мешать владельцу соседней лодки.

Несомненно, хозяин этого судна ждет не дождется возможности покататься на нем в такой погожий денек.

Эмма, следуя указаниям Гидеона, перетянула петлю, что было нелегко, ведь приходилось одновременно удерживать бумаги. В этот раз комментариев от мужчины не последовало, и девушка предположила, что она все сделала правильно. Но она рано обрадовалась.

– Если вы уже закончили, займитесь кормовым канатом.

Он, должно быть, шутит, он хочет, чтобы она сделала это во второй раз?

– Мистер Кент…

– Лодка сама себя не привяжет, – не допускающим возражений голосом ответил он.

Злобно сверкнув глазами в ответ, девушка взялась за вторую веревку. Канат был абсолютно мокрым, и ледяная морская вода тут же натекла девушке в туфли.

– Ну как? – спросил мужчина через пару минут. – Закончили?

«Даже если нет, ты об этом узнаешь, только когда твою чертову посудину унесет в океан!» – мысленно огрызнулась Эмма, отойдя чуть в сторону, чтобы Гидеон мог насладиться результатом ее труда.

– Хорошая работа, – улыбнулся он. Несмотря на раздражение, девушка почувствовала гордость от его комплимента. – Теперь можете рассказать, что вы здесь делаете.

Помимо долгой и мучительной смерти от холода?

– Меня зовут Эмма О’Рорк, я личный секретарь вашей бабушки.

Вместо того чтобы вежливо ответить, Гидеон Кент оценивающе оглядел девушку. Мимолетная гордость растаяла как дым, уступив место привычной застенчивости и неуверенности в себе. Борясь с желанием опустить голову, чтобы спрятать лицо от пристального взгляда мужчины, Эмма протянула ему мокрый от дождя конверт.