«Не жди от жизни сказки» – так всегда говорила мне мама, и я просто жила, спрятав желание чуда глубоко в своём сердце. Так не будет больно, так ты готова ко всему. Но не к чуду, что ворвётся в жизнь, украдёт из привычного мира и забросит в самую настоящую магическую сказку с драконами, волшебством и чистейшей любовью.Вот только сказки тоже разные бывают.
Рондария, империя драконов, столица Орнор, дом Рэдери
Хрустальный звон наполнил комнату, заставляя спорящих тут же умолкнуть и настороженно посмотреть на главу семьи. Мощный кулак раскрылся и осколки посыпались на стол, не нанеся ему ни единой раны. Но он, кажется, вообще не обратил внимания на это, сжигая яростным взглядом всех собравшихся и никого конкретно.
– Я всё решил, – пророкотал его низких голос, разрывая опасную паузу. – Иного исхода не будет.
– Но отец, – жалостливо пролепетала женщина, старательно сдерживая слёзы, но стояло родителю на неё посмотреть, как все слова тут же застряли у неё в горле.
– Это и твоя вина, Лавира. Не меньшая, чем твоего сына. Дарис заслужил то, что с ним творится. И объединение родов через твоих детей – это искупление, меньшее, что мы обязаны сделать, – чуть спокойнее ответил ей отец, а потом добавил куда жёстче: – Или ты хочешь, чтобы всё было равносильно? Готова отдать своего новорождённого на бойню? Хочешь, чтобы магия его выжгла из этого мира так же, как Дарис поступил с сыном той древней и не менее благородной семьи, чем наша? Хочешь, я принесу тебе пепел своего внука и вручу прямо в руки?
Женщина не выдержала и горько зарыдала. Мужчины, стоящие за ней, помрачнели разом. Их снедало горе, накрывшее всю семью, но слёзы любимой и её страх били по нервам ещё сильнее. Что уж говорить о перспективе, предложенной тестем.
– И раз Дарис не в состоянии сейчас нести ответ, на себя тяжбу рока возьмёт твой старший сын – Арсал, – продолжил выносить своё решение глава рода, метнув взгляд на внука и видя, что тот прекрасно всё осознаёт и не смеет перечить, хотя огонь нежелания изнутри жжёт его. – Едва же Дарис оправится, то присоединится к наказанию. А нет – так я лично его притащу. А лучше сразу!
– Оба? – едва вымолвила сквозь рыдания его дочь, неверяще смотря на отца. – Но это же уничтожит наш род!
Но тут же осеклась, когда стол перед родителем начал тлеть. А ведь он был создан специально для того, чтобы выдерживать силу огня драконов.
– Он разрушил будущее чужого рода, сама Магия не примет другого выхода. А у нас останется надежда на Тирелиса. И в этот раз я возьмусь за воспитание внука лично, чтобы и его не потерять, – припечатал окончательно мужчина, а его глаза наполнились пламенем, среди которого уже и не угадывался узкий зрачок. – Ты понял меня, Арсал?
– Да, генерал, – чётко ответил самый молодой из собравшихся.
– Не рассчитывайте, что нам отдадут старшую дочь рода. Она слишком хороший и перспективный маг. Скорее всего место невесты займёт её неодарённая сестра, нигде до этого не указанная, что не удивительно, – теперь глава перешёл к самой неприятной части новостей.
– Неодарённая? – ахнула Лавира, а её глаза опять наполнились слезами.
Арсал скрипнул зубами. Хуже уже просто быть не может. Хотя нет, может. И его дедушка действительно выбрал меньшую из зол. Проще отдать его и Дариса на столь неравный брак, что просто выжжет их вслед за сгоревшей от их силы женой, чем отдать магии того, кого он может вырастить под себя.
Вот только и умирать ему не хотелось из-за глупой ошибки брата.
– А ты думала, что наш род сможет уйти от наказания? – рыкнул генерал, едва уже сдерживая своего дракона. – Тогда решай: двое глупцов или невинное дитя, из которого ещё может выйти что-то путное? Готова пойти на равносильный обмен?! Нет? Тогда замолчи уже. Я всё сказал. Гнилое семя нашло свой исход, коль такова воля мира. За всё нужно платить.
«Гнилое семя?» – рыкнул про себя Арсал, не смея внешне показать неподчинение или недовольство.
Но генерал считал именно так. Ведь как ещё назвать ту вседозволенность, которой посмели поддаться дети его благородного рода? Пьянки, увеселения на капитал семьи, женщины сомнительного качества. И ладно бы разовые походы по ним – что взять с молодой горячей крови, – так нет же, гаремы! Где это видано, в мире, где семья ценнее всего, многие стали поддаваться этому порочному веянию. И ладно бы только один его внук, у которого вроде своя голова на плечах, так младший подцепил эту же заразу, пропитавшись насквозь.
Стоило ли удивляться, что он допустил непростительную ошибку? Вседозволенность застила ему глаза, и он сорвался и сжёг молодого мага, посчитав себя оскорблённым. За что тут же был наказан самой Магией, из которой буквально состоит всё в этом мире, включая их самих.
«И лучше бы она его убила», – мрачно подумал генерал, осматривая собравшуюся семью. Единственная и драгоценная дочь безудержно лила слёзы, и пусть её вина не меньше – не досмотрела за сыновьями, – но порой матери слишком любят своих детей. Мужья Лавиры горестными скалами возвышались над ней, защищая. Дозащищались, что упустили момент, когда ещё можно было на что-то повлиять.
