В Горелом лесу я отошёл в сторону, сбросил с плеч свой походный мешок и закурил. Выкурил пару сигарет и вдруг услышал доносившуюся по направлению от Города приятную песню. Поющий был молод, его звонкий голос доносился издалека:
Я подождал, когда певец приблизится ко мне, словами «Нон гомиенс» отключил магию смеагловского кулончика и вышел из-за деревьев. Рядышком шли «вольный стрелок» и молодой юноша лет 15-ти. Увидев меня, они остановились и поприветствовали:
— Удачи тебе в бою с Тёмным народом, брат.
— И вам удачи в пути и бою, — ответил я.
— Ты не «вольный стрелок», — сказал воин. Юноша переводил свой бесхитростный взгляд с меня на своего попутчика.
— Ты прав, я не тот, за кого меня принимают в Подлунном мире, — не пытаясь обмануть (ведь рано или поздно мне всё равно пришлось бы признаться в этом), ответил я. И поступил правильно.
— Зачем ты надел одежду моих братьев?
— Осуждаешь? — спросил я.
— Нет, хочу понять к чему твой маскарад, — «вольный стрелок» был настроен вполне миролюбиво по отношению ко мне, по-видимому, из-за честности и я понял, что приобрёл не брата, но друга, — у каждого, поступившего так, должны быть веские причины для того.
— Пойдём, по дороге я объясню тебе.
Я, в силу сложившейся на работе привычке, на первых порах больше выспрашивал, чем говорил о себе. Мои невольные спутники рассказали о том, что идут в легендарную страну Шамбалу. Конечно, я в своём времени читал о ней, но после тех чтений, у меня сложилось стойкое убеждение, что Шамбала — миф, созданный тибетскими народами на потребу западного мира, падким на любые сенсации. Но из разговора с «вольным стрелком» Тильмом Улленстоуном я понял, что это вовсе не досужие выдумки, и он сам бывал там неоднократно, научился у Махатм «воинскому искусству» и моральному кодексу чести Дао. Для обучения чему он и ведёт с собой Силь Вио, своего юного спутника. «Может быть, к 20-веку Махатмы вымерли, как мамонты, и Шамбала пришла в упадок? Ах, нет, ведь Рерих был там, в начале века и видел этих Учителей жизни. Если не соврал, конечно. А было бы неплохо побывать там и проверить всё самому. Тем более, что Эленкин дворец находится на пути, — думал я, шагая по мостовой вместе со странной парочкой, — ладно, сначала неплохо бы повидаться с самим Эспером и договориться с ним по поводу нашего соглашения. А потом можно и скоординироваться: я сокращаю им путь в Шамбалу, а они мне помогают достать Золотой ключик».
Однако, Тильм разочаровал меня, он сказал, что в легендарную страну попасть очень сложно не только морально, но и физически. И для того, чтобы жить в Центре боевых искусств нужно ежедневно и много заниматься: по 2–3 раза за сутки, отрабатывая комбинации перемещений, ударов и блоков. Кстати, он мне объяснил почему сразу раскусил мой маскарад:
— Ты не «вольный стрелок», потому что арбалет носишь неправильно, он у тебя не готов к быстрой стрельбе. Меч носишь на боку, а нас учили — нужно на спине, как у меня. Так удобнее и практичнее. Но учился ты у хорошего «вольного стрелка», так как походка лёгкая и осанка стройная. Не знаю, чем ты можешь сократить нам дорогу, но я всегда готов помочь человеку в беде. Особенно, если помыслы его чисты и благородны.
Я недолго колебался и показал ему фотографию Самвела Карапетяна. Когда я в первый раз посещал Подлунный мир, то мои цели были чисто разведывательными, теперь же я подготовился более основательно и предусмотрел некоторые мелочи. Тильм покрутил карточку и сказал:
