Сказка о поэте Вальдемаре полностью

Как же так получается, что порой совсем уж хилый и не подающий абсолютно никаких надежд на крепкое здоровье индивид, вдруг совершает определённо героический поступок. Вот смотришь на такого доходягу, а он стоит еле живой, весь тощий, блёклый, в чём только душа держится, того и гляди с минуты на минуту помрёт, но нет же, не мрёт, а бац и подвиг совершает. Ну право чудеса. Просто поразительно. И ладно бы такой герой был изрядно упитан или мускулист, но никак нет, наоборот, он тщедушен и даже убог. Хотя люди исстари привыкли, что все народные герои складно-сложенные гиганты, или хотя бы ловкие силачи.

Вот есть всем известный пример Ильи Муромца, богатыря, который тридцать лет и три года на печи лежал, хворал, немощь ощущал, а потом враз, как встал, и массу всяческих подвигов насовершал, отчизну от ворога спасал. Или вот тот же Емеля, ведь тоже с печи не слазил, лежал, бока наедал. Правда он перед этим на рыбалку сходил, щуку поймал, заданье ей дал, и всё, в герои выбился. Сразу и воеводу, и царское войско победил, и даже иноземному послу шишку набил. Всем тумаков раздал, отвагу показал. И опять же, он весь такой упитанный, холёный, на домашних харчах отъевшийся.

В общем, что ни герой, то откормленный малой, богатырь, тощих не видать, все силачи, пузачи, слезшие с печи. Впрочем, есть у нас конечно и один доходяга герой – это Кощей Бессмертный, ну так он отрицательный персонаж, а нам положительного подавай. Хотя бы уж такого, чтоб не токмо силой подвиги совершал, но и умом, через свои познания у народа славу снискал. Ну вот примерно, как наши литераторы прошлых лет и даже веков. Вот взять нашего писателя Александра Сергеевича Пушкина, ведь и ростом он был невелик, и силой не богат, и честно говоря, телом слаб. Но зато как словом умы восторгал, какие могучие вещи сочинял, сердца вдребезги разбивал, нервную систему до апоплексического удара доводил. Мог глаголом горы свернуть, эпитетом реки вспять повернуть. Так излагал, что душа ввысь рвалась и к звёздам стремилась.

И кстати, опять-таки о душе, а вернее об авторе бессмертной поэмы «Мёртвые души», о великом Николае Васильевиче Гоголе, ведь тут уже только одно название поэмы в трепет бросает, холодный ужас в мозгу порождает, здраво мыслить мешает, в безвольный обморок повергает. Сильное потрясение от такого его произведения. Хотя сам автор был весьма болезнен, хил, притом искренне набожен, и не способен бороться с недугами, кои так его мучили всю жизнь. А на краю своей последней минуты, будучи сильно измождённым, в бреду, он всё просил, чтоб ему наконец-то лестницу с небес подали, дабы ему взобраться на облака, возвысится над мирской суетой. Так он и ушёл, немощный, больной, но остался на века в людской памяти. Вот как оно бывает.

Ну а если серьёзно, то стоит ещё вспомнить отчаянного храбреца революционного времени, бойца-писателя Николая Островского с его незабвенным героем повести, Павкой Корчагиным. Это ж целая эпопея сражения за светлое будущее человечества. Хотя и тут в герое нет ни капли жирности, тощий, нервный, насквозь пропитан недугами, зато какие трудовые и боевые подвиги совершал. В конце концов, ослеп, оказался парализован, прикован к постели, но душой не сломлен, и до последнего вздоха писал свои тексты. Вот какие люди были. Кремень. Сталь. Поэт Николай Тихонов о таких сказал: «гвозди б делать из этих людей: Крепче б не было в мире гвоздей». Так что получается, для подвига не всегда нужна сила. Выходит, для побед пытливый ум и крепкий дух не менее важны.

Однако мы отвлеклись, ведь те события, о которых дальше пойдёт речь, как раз об этом и говорят, а потому пора бы уже переходить к главному. И тут уж без иронии не обойтись, ибо сам герой всего случившегося, человек непростой, а слишком деловой; он всё что-то придумывал, сочинял, чего-то хитрил, юлил, и постоянно искал способы занять себя чем-нибудь таким прибыльным, доходным. Хотя может это у него проявлялось всего лишь от того, что в ту пору шёл XIX век, а этот век был относительно спокойный и мало-динамичный.

Впрочем, в начале века нам всё же пришлось, повоевать с редкостным канальей Наполеоном Бонапартом, выпроводить его с нашей родненькой землицы. А дальше вроде всё не так и страшно было, сильных потрясений не наблюдалось. Ну, разумеется, слегка ещё кое-где повоевали, грозился враг издалека; но это так у нас принято, мы вечно с супостатами боремся, не позволяем им голову поднимать, и будь то хоть германец, хоть турок, хоть японец, хоть француз, мы им спуску не даём, наотмашь бьём.