– От черных сил охраняю, - не открывая глаз, сообщил кот и продолжил свое занятие.
А я выбрался из кровати.
– Пургеш, а черные силы не приходили? - спросил я, выглядывая в окно на улицу.
На этот раз его величество открыл один глаз.
– Нет, - буркнул он, - очевидно, ты им надоел.
– Как же, Брагос, небось, сейчас скучает… - в это время у меня засветилось кольцо, искренне надеясь, что это не Красов. - Да, я весь внимание.
– Денис, надо поговорить, - услышал я голос Захара.
– Срочно? Выходной же. Я только встал.
– Часик подожду, - сжалился наставник.
– Отлично. Через час подошвы моих ботинок будут прибиты к полу возле тебя, - торжественно пообещал я. - Кстати, а ты где?
– Дома. Жду.
– Я скоро.
Мы прервали связь. Что-то сегодня мой наставник был не разговорчив даже сильнее, чем всегда.
М-да… Надо было собираться. Я, конечно, хорошо относился к Захару, но тащиться к нему дико не хотелось. Мое воображение живо нарисовало, что меня ждет за вчерашнее. Не скажу, что я слишком этого боялся, но выслушивать проповедь всегда неприятно.
Я оделся и выполз на кухню, решив использовать данный час, чтобы порадовать бабулю и по-человечески поесть.
– Доброе утро, - обрадовалась она мне. - Сейчас-то, надеюсь, голодный?
– Голодный, - успокоил я ее. - А Светка где?
– Спит еще. Ой, Денечка! - вдруг воскликнула она, всплеснув руками. - То, что ты ее спас, вернул… Я ведь только этой ночью поняла, что ты, наконец, стал взрослым.
– Знаешь, - улыбнулся я. - Ты первая за последнее время говоришь мне, что я взрослый. А то только и слышу со всех сторон: то я юнец, то щенок, то просто еще чересчур молод, ничего не умею, не понимаю и не имею прав. А то, что я вытащил Светку… Каждый в любом возрасте это бы сделал. Она же моя сестра, как-никак.
– Я не только об этом, - удивила меня бабушка. - Она рассказала, что потом ты с ней поговорил и по-человечески все объяснил.
– А что мне было делать? - пошутил я. - Она обозвала меня колдуном.
В ответ бабуля только улыбнулась.
Мы уже заканчивали завтрак, когда из своей комнаты появилась сестрица в банном халате.
– Привет, ба! - улыбнулась она бабушке и послала персональную улыбку мне: - Привет, мой герой!
Это ж надо, мне Светка улыбочки шлет. Дожили! Зря сегодня солнышко вылезло, не иначе сейчас ливень хлынет.
– Привет, жертва фашизма, - откликнулся я.
Светка только скривилась, уселась за стол и изучающее уставилась на меня.
– У меня рога выросли? - чуть не подавился я.
– Нет, - серьезно ответила она. - Мне бабушка вчера рассказала про деда и его манию величия, вот я и думаю, станешь ты тоже таким или нет.
– Ну, спасибо, бабуля, удружила, - пробурчал я.
– А что я? - возмутилась ба. - Пусть ребенок знает правду.
– Я не ребенок! - возмутилась Светка.
– Согласен, - был вынужден признать я. - Прикинь, ее маг убить хочет, а она спрашивает: "Мужик, ты что дурак?"
– А вот и не так!
Бабушка переводила взгляд то на меня, то на Светку, потом изрекла:
– Дети мои, вам надо побыть в смертельной опасности, чтобы начать нормально общаться?
– А мы всегда нормально общались! Одновременно заявили мы с сестрой, переглянулись и расхохотались.
– Ну, я же говорю, - вынесла вердикт бабуля, - спелись.
– Не-е-ет, - через несколько минут все же решила Светка, - не думаю, что Денька у нас свихнется. Ему больше некуда.
Моя ответная улыбка больше походила на оскал.
– Я Петра в таком бешенстве еще в жизни не видел, - говорил Захара. Я сидел у него на диване, а он расхаживал передо мной взад-вперед. - Одно дело, если бы его припечатал маг Ветра, и совсем другое - ты.
– Ах да, "юнец", - вспомнил я.
– Именно. Такого оскорбления ему еще никто не наносил.
Стоит ли говорить, что совесть меня не мучила?
– Что ж, - равнодушно отозвался я, - все когда-нибудь случается впервые.
– Денис, ты слишком спокоен. Ты обрел врага в стане друзей.
Я хмыкнул.
– Что хмыкаешь? - не понял он.
– А то, не в обиду тебе будет сказано, что я не ощущаю себя в стане друзей.
– О чем ты?
– О том, что магия, которую вы представляете, такая же белая, какой я блондин.
Он скептически посмотрел на мои темные волосы и задумчиво потер подбородок.
– Все мы сначала питаем иллюзии, а потом сталкиваемся с реальностью. Да, мы не ангелы, но, согласись, мы лучше черных магов, пытающихся поработить людей.
– Возможно.
– Что значит - возможно?!
– А то и значит, что поступок Петра Ивановича столь высокоблагороден, что у меня нет слов, насколько я восхищен.
– Денис, это юношеский максимализм. Позже ты поймешь, что полностью хорошего и полностью плохого не бывает.
– Только ты не говори мне, что я еще слишком молод, - взмолился я. - От тебя я этого не стерплю.
– Ладно, - Захар подумал немного и, наконец, сел в кресло. - Что там с Брагосом? Петр пытался объяснить, но я ничего не понял. Ты его видел?
– Так же, как тебя сейчас.
– И что он сказал?
– Что-то вроде: "Прощай, щенок, я тебя испепелю!"
Захар удивленно воззрился на меня.
– И как же тебе удалось остаться в живых? - обалдело спросил он.
– Не знаю, - признался я. - Как ни стыдно об этом говорить, я перепугался до смерти.
