- Всего одно, - ответил Алекс, перестав ухмыляться. - Чтоб ты сдохла.
- А ты хорошо подумал, прежде чем я его исполню? А ведь я его исполню на полном серьeзе!
- От тебя одни неприятности, ворона. Из-за тебя человек погиб!
- А ты задумайся лучше. Не являюсь ли я тобой самим, прилетевшим на импровизированной моим воображением "машине времени" из далeкого будущего? Задумайся.
- А чe тут думать? Если ты из будущего, то мне ничего не грозит, если ты подохнешь! Возможно, я в этом далeком будущем постепенно превращусь в ворону, "вернусь" в прошлое и повторю картину, "убив себя". Так или иначе, ворона, от тюрьмы да от с умы не зарекайся, ВСЁ может быть. Так что сдыхай спокойно и ни о чeм не думай.
- Я твой джин из бутылки, - последнее, что донеслось от вороны, перед тем, как она исчезла у Алекса на глазах. Впрочем, не одна она исчезла; всe вокруг Алекса погрузилось в кромешную глухо-слепую тьму почти так же, как когда-то, несколько недель назад, погрузилось вокруг Пальца. Только один единственный звук перерезал эту бездонную тьму... Впрочем, Алексу он показался таким же призрачным, как и всe, что окружало его последнее время. Возможно, этого звука, чем-то напоминающего собой отзвук шeпота "вороньего голоса", вовсе и не было. Но, "я наврала", несмотря ни на что пронзило слух Алекса почти как раскалeнной спицей ("любой человек готов отдать ВСЁ, желая спасти свою жизнь, - наверно, должен был подобный шeпот складываться в такие слова, - но ещe больше он может заплатить, желая чужую смерть; но... ещe больше он заплатит, если пожелает свою смерть").
- - happy end - -
Пробудил его не пинок брата, не подзатыльник мачехи; пробудило его какое-то приятное предчувствие...
Он, сам не зная почему, подскочил к окну, и тут же в глаза ему попался соседский хулиганистый малыш... Когда Алекс выглянул из окна, малыш уже достал из кар- мана рогатку и нагинался за камнем. И совсем кстати в полушаге от ноги Алекса располагался зимний сапог его брата Вовы (второй сапог, помнилось Алексу, лежал под подушкой вечно незаправленного дивана мачехи), поскольку денeк сегодня выдался тeплым и до необыкновенности счастливым, хоть и Пятница 13-е (но Алекс просто-таки сердцем чувствовал надвигающийся на него Великий Потоп СЧАСТЬЯ, хоть и привык очень часто просыпаться в дурном настроении и вставать с постели не с той ноги). Но в этот раз Алекс осмотрелся по сторонам, чтоб из-за угла случайно не выглядывал глаз его троюродного брата, Вовы. Но квартира, как чувствовало сердце Алекса, была пустынна полностью, если не обращать внимание на тараканов, проскальзывающих то тут то там (если раньше Алекс и старался избегать возможности раздавить таракана, то теперь он их не собирался трогать тем более - живые всe-таки существа). И Алекс с удовольствием поднял с пола сапог, - пока Кузя поднял камень, зарядил им рогатку и чертыхнулся, как всегда промахнувшись, - аккуратно поставил его в нишу и отправился в спальню матери (хоть его троюродная тeтка и не являлась ему даже понятием слова "мать", но всe-таки усыновила) за вторым сапогом.
Позже Алекс повстречался и с Пальцем и с отвратительным братом Вовой (по отношению к Алексу он стал отвратительнее, чем был когда-либо; этаким мерзким гадким и бездушным типом, словно под его основной маской у него была ещe бездна масок, каждая из которых вомного раз превосходит предыдущую своей отрицательной стороной), и с кем он не встречался, каждый помогал ему РАСТИ, подниматься по бесконечной
От автора.
Мораль данного рассказа заключается в том, что, конечно, в мире существуют такие люди, у которых в квартире к примеру завелись тараканы, а они не покупают средства для борьбы с вредными насекомыми. Не покупают по той причине, что "живые всё-таки существа". Дак вот, эти люди чем-то ассоциируются у меня с Адамом и Евой. Они думают, что моль - это какая-то красивая бабочка, клещ - это такой миленький жучок (замечательное насекомое), а, когда к ним подлетит восхитительный комарик и присядет на тело, то они, скорее всего, пожалеют бедного-голодного комарика. Они подождут, пока он ни насытится и не полетит дальше по своим делам.
