Пятница, да еще и тринадцатое число, для двенадцатилетнего Александра выдалась не очень лeгкой. Так что, вернувшись из школы, он не раздеваясь бухнулся в кровать и захрапел, прямо в своих грязных говнодавах. Вчерашнее его желание, приколотить к верхушке дерева скворечник, сегодня (тринадцатого апреля) далеко вылетело у него из головы. Потому что единственным, на что он успел обратить внимание, войдя в квартиру, было то, что нет старшего придурка-брата. Стало быть, некому сегодня на него орать по всяким пустякам до утра? До утра субботы четырнадцатого Алексу теперь можно не снимать обувь и спокойно спать, не опасаясь, что вот-вот заявится пьяная мачеха и ни с того ни с сего отколотит его сонного полотенцем или шлeпанцем. Алекс на все сто процентов был уверен, что в данный момент мачеха его в обязательном порядке отдыхает в медвытрезвителе.
Планировал Алекс поспать не меньше тринадцати часов, но... Поспал всего тринадцать минут, тринадцать секунд - ровно...
Пробудил его не идиотский пинок брата и не подзатыльник мачехи. Пробудило его какое-то странное, но неприятное предчувствие.
Он, сам не зная зачем, подскочил к окну. И тут же в глаза ему попался соседский хулиганистый малыш. Когда Алекс выглянул из окна, малыш уже достал из кармана рогатку и наклонился за камнем. И совсем кстати в полушаге от ноги Алекса располагался зимний сапог его брата Вовы. Как помнилось Алексу, то второй сапог лежал под подушкой вечно не заправленного дивана мачехи. Поскольку сегодняшняя Пятница выдалась на редкость тeплой, то психованный Вован натянул кроссовки. А Алекс, одновременно с малышом нагибался и поднимал с пола сапог, вместо камня.
- Мелкий! - заорал на малыша Алекс. - Убрал в карман рогатку!
Но мелкий, не взглянув в сторону окна Алекса и краем глаза, показал в ответ средний палец и прицелился вместе с Алексом в ворону. Только Алекс целился в малыша. И сапог полетел вперeд натянутого жгутом камня пацана. И - о, слава богам, - попал прямо по рогатке.
- Ты чe, ублюдок! - заорал на него малыш, схватившись за пальцы и взвыв от боли. - Чтоб ты сдох! - Но в то же самое время взгляд его наткнулся на сапог. - Ха! - заорал малыш от злорадства, - я твоему брату всё расскажу! Он тебя в унитазе утопит!
Но Алекс, словно находился в отключке, поскольку ничего не слышал и смотрел в это время на ворону, которая, несмотря ни на что, сидела на верхушке дерева, словно дожидаясь чего-то... Но ему не это показалось странным, а другое: с каких это пор он стал заступаться за ворон?.. Почему он решил помешать этому настырному мальцу похулиганить?.. Ведь всё равно он никогда не попадёт из своей кривой рогатки, даже с двух метров в ту же собаку, например... Но Алекс понимал, что "заступиться" за ворону он решил не потому, что она сидела на том самом дереве, на которое он, вместо сна, собирался приколотить скворечник, а потому, что... Потому, что сердце ему подсказывало, что ворона эта волшебная...
- А я в тебя сейчас ещё четыре сапога запущу, - припугнул его Алекс. - Вовик их вчера на базаре купил. Они со шпорами... - Но малец уже исчезал в подъезде соседнего дома.
Вот они и остались один на один, Алекс и... "волшебная ворона"... Долго они смотрели друг на друга. Хотя, на самом деле, их "игра в гляделки" длилась не дольше минуты. Но Алексу эти сорок пять секунд запросто показались бы сорока пятью часами... Где-то он слышал, что если в глаза старому ворону долго смотреть, то он заберeт твою душу и улетит. Но Алекс воронов от ворон отличать не умел, так что всe для него было одно - ворона.
И вот ворона вспорхнула и приземлилась к Алексу на подоконник.
- А ты чуткий, птенец, - донeсся вдруг от вороны человеческий голос. И Алекс даже не удивился этому неожиданному явлению, словно был загипнотизирован... Да, он был под гипнозом, но не настолько, чтоб никак не реагировать на слова вороны.
- Я не птенец, - отреагировал он, - я человек.
- А я шучу, - опять раздался из утробы вороны каркающий голос. - Не воспринимай всерьeз, птенец.
- Хорошо, - пожал Алекс плечами. - А ты ворон или ворона?
- Воробей-Дятел, - по всей видимости, опять отшутилась та. И обстановка разрядилась - Алекс усмехнулся.
- Опять я несерьeзна! - проговорила птица.
- Значит не ворон, - решил тот, - раз "не серьeзна".
- Значит не ворон, - согласилась та.
- Извини, - сказал Алекс, - больше не буду дурацкие вопросы задавать.
И опять они задумчиво смотрели друг на друга, не находясь на какую тему поговорить. Но Алекс нашeлся:
- Слушай, а у вас, у птиц, инстинкт есть?
- Вряд ли, - ответила та.
- Я имею в виду, - пояснил он вопрос, - чисто животный инстинкт. Вот, например, у людей считается этаким почeтом родить и воспитать ребeнка. А у вас, у птиц, у животных, это получается как импульс. Вывел в свет, потому что яйца сами собой высиживаются. Потом ты выпустил своё дитя на волю. А потом, дней через пять, детище своe уже и не узнаешь и запросто заклюeшь, если что. Вот что я имею в виду инстинкта.
