Он внимательно рассмотрел панель. Рядом с каждой кнопкой стояла какая-нибудь цифра. И только последняя кнопка внизу светилась красной буквой «3». Наверное, это и есть Земля!
«Попробуем», — вздохнул Ромолетто. Он нажал эту кнопку, и лифт тотчас же изменил направление. А спустя несколько минут он уже оказался над Римом, над крышей дома сто три, пролетел мимо лестничных площадок и приземлился возле знакомой лифтерши, которая, конечно, даже не догадывалась, в каком межпланетном путешествии побывал Ромолетто, и продолжала спокойно дремать.
Ромолетто выскочил из кабины, даже не захлопнув за собой дверь, и пешком поднялся по лестнице на пятый этаж. Он постучал в дверь квартиры четырнадцать и, опустив голову, молча выслушал сердитого маркиза Венанцио:
— Ну, где ты пропадал столько времени?! Ведь с тех пор, как я заказал это проклятое пиво и этот распроклятый чай, прошло уже пятнадцать минут! На твоем месте Гагарин давно уже был бы на Луне!
«И даже дальше!» — подумал Ромолетто, но промолчал. К счастью, напитки были еще холодными ровно настолько, насколько нужно было.
Да, немало приходится побегать по лестницам за целый день мальчику из бара «Италия», который разносит заказы по домам…
Однажды утром троллейбус номер 75, который ходит от Монтверде Веккьо до площади Фьюме, вместо того чтобы спуститься к Трастевере, направился совсем в другую сторону. Он повернул к Джаниколо, затем свернул на старую дорогу Аурелия Антика и через несколько минут уже мчался, словно очумелый от весеннего солнца заяц, по полям, что раскинулись в предместье Рима.
В это время пассажирами троллейбуса были, как обычно, служащие. Все они читали газеты. Даже те, которые не покупали их, — они читали через плечо соседа. Вдруг один синьор, переворачивая страницу, взглянул случайно в окно и страшно удивился:
— Кондуктор, что случилось? Куда мы едем? Это какое-то самоуправство!
Другие пассажиры тоже оторвались от газет и тоже возмутились:
— Что думает водитель?
— Да он сошел с ума! Свяжите его!
— Что за обслуживание!
— Но отсюда рукой подать до Чивитавеккья, а там уже начинаются загородные дачи!
— Боже мой! Уже без десяти девять, а ровно в девять я должен быть в суде! — воскликнул адвокат. — Если я проиграю процесс, я подам в суд на троллейбусное управление.
Кондуктор и водитель отбивались, как могли. Они заявили, что ничего поделать не могут: троллейбус больше не повинуется им и сам едет куда вздумается. Действительно, в этот момент троллейбус сошел с дороги, проехал по полю и остановился на лужайке у небольшого лесочка, благоухающего свежей зеленой листвой.
— Ой, цикламены! — радостно воскликнула одна синьора.
— Самый раз сейчас думать о цикламенах! — рассердился адвокат.
— А знаете, что я вам скажу, — возразила синьора, — пусть я приеду в свое министерство с опозданием… Мне, конечно, за это снимут голову… Но раз уж мы тут, я хочу нарвать цикламенов! Уже десять лет, как я не собирала цветов!
Она вышла из троллейбуса, вдохнула всей грудью чистый, свежий воздух этого удивительного утра и стала собирать цветы.
Видя, что троллейбус и не думает никуда уезжать, один за другим вышли на полянку и другие пассажиры. Одни — чтобы размять ноги, другие — выкурить сигарету. И вскоре плохое настроение растаяло, как туман на солнце. Кто-то сорвал маргаритку и сунул ее в петличку, а кто-то нашел совсем еще зеленую ягодку земляники и радостно закричал:
— Это я нашел ее! Смотрите, я оставлю здесь записку и, когда земляничка созреет, приду и сорву ее! И пусть только кто-нибудь посмеет тронуть ее!
Он и в самом деле вырвал из записной книжки листок, наколол его на прутик и воткнул в землю рядом с земляничкой. На листке большими буквами было написано: «Доктор Джулио Боллати».
Два чиновника из министерства образования скомкали свои газеты в большой бумажный шар и стали играть в футбол. И всякий раз, когда ударяли по мячу, громко кричали:
— Шайбу!
Словом, пассажиры уже нисколько не походили больше на тех серьезных и солидных людей, которые минуту назад готовы были разорвать на части водителя и кондуктора. А те между делом поделились друг с другом завтраком и устроили небольшой пикник на свежем воздухе.
— Смотрите! — закричал вдруг адвокат.
Троллейбус тронулся с места и медленно двинулся с полянки. Пассажиры еле-еле успели на ходу вскочить в него. Последней оказалась синьора с цикламенами. Она возмущалась:
— Ну разве так можно! Я только начала собирать цветы и отдыхать!..
— Сколько времени мы уже здесь? — спросил кто-то.
— Ух, наверное, очень долго!
И все посмотрели на свои часы. Как странно: часы показывали всего без десяти девять! Видно, пока длилась эта маленькая загородная прогулка, стрелки часов стояли. Это было время, просто подаренное людям.
— Но этого не может быть! — изумлялась синьора, которая любила цикламены.
А троллейбус снова шел по своему маршруту и уже сворачивал на улицу Дандоло.
Удивлялись все. А ведь каждый держал перед глазами газету, где на самом верху страницы ясно была обозначена дата — 21 марта, день весеннего равноденствия.
