Станция производила удручающее впечатление, но перед дорогой надо было немного передохнуть. Железняк, в котором все признали старшего, назначил выход через два часа и отправился в местную тошниловку перекусить перед дорогой. Лев и пес составили ему компанию, но первый быстро оттуда слинял. Татошка же вмиг очаровал местного повара и теперь грыз косточки, любезно им предоставленные. Эля, как и Старшинов, от обеда отказалась: какая тут еда, когда, может, уже через несколько часов она встретит родителей. Девушка устроилась на краю платформы, рядом с Игорьком, который мирно дремал, прислонившись к колонне. Уснуть она бы не смогла, но хоть посидеть немного… И не заметила, как задремала тоже. Разбудил ее Лев.
– Слышь, Чудо, как там у фашиков-то?
– Чт-то? – испуганно переспросил Старшинов. – Чт-то у фашиков?
– Лёвушка, отстань от парня, чего привязался?
– Да ладно, Эль… Я ж не со зла, просто любопытно, как у них житуха. Никогда там не был, а много чего слышал.
– А ты сходи туда, – съязвила девушка. – Или как у вас там… Гастроль организуй.
– А что? – смутился Лев. – Надо будет и организую.
– Страшно там, – почти шепотом сказал Старшинов.
Бетонная стена, покрытая трещинами и заплесневелыми разводами, напомнила ему те страшные дни, когда Ганс со своими дружками вытаскивали его наверх. На станцию по большим праздникам заезжало с визитом все руководство Рейха. Причина такого внимания к заштатной, в общем-то, станции, была проста: Ганс, ее начальник, знал, как угодить своим командирам, и не только хорошим обедом. Главной его фишкой была охота…
Про охоту в Рейхе ходило много слухов. Говорили даже, что «приманке», которая переживет три охоты, Ганс дарует свободу. Верилось с трудом, но один из сокамерников Старшинова, юркий китаец Ли, умудрился уже дважды перехитрить судьбу и с нетерпением ждал, когда настанет день освобождения…
До этого Игорь ни разу не покидал пределы метро. Ему было страшно, но и одновременно любопытно – как там, наверху? Настоящий ужас охватил Старшинова потом, когда его вытолкнули из павильона. Мир оказался огромным. Таким огромным, что перехватило дыхание, и сердце приготовилось выпрыгнуть из груди. Подталкивая прикладами, его подогнали к памятнику, стоящему прямо посередине площади, и приковали цепью. Охота началась…
Спустя какое-то время Игорь пришел в себя. Он понятия не имел, что ему предстоит, но понимал: паника сейчас не самый лучший его союзник. Парень осмотрелся, прикидывая, что может помочь ему, а что, наоборот, представляет опасность. Когда-то это было очень красивое место, но сейчас вокруг виднелись лишь кучи строительного мусора, словно плесенью облепленные каким-то мелким кустарником. Пунцовые, зеленые и даже белые кусты были везде, они заполнили все пространство, подбираясь к подножию памятника. Сказочная и одновременно жуткая красота…
Неожиданно взгляд Игоря наткнулся на людей, и парень вздрогнул. Странного вида, вооруженные мечами и луками, они пробивались сквозь непролазные заросли. И лишь спустя мгновение Старшинов понял: и люди, и заросли были нарисованы на огромном полотне, прикрепленном на фасаде полуразвалившегося здания. Он прочитал обрывки: «Хоббит и Пу… Смау…» Игорь так и не узнал, что это такое было. А вот про памятник выяснил. И после этого уже не так боялся охоты, свято веря, что Пушкин не даст в обиду своего пусть дальнего, но родича. Памятник ли этому виной или его личная заслуга, но он побывал в роли дичи трижды, и трижды оставался жив.
Но никакой вольной Игорь не получил… Вместо этого отправился в туннели, отгонять крыс…
– Так что, памятник-то стоит еще? – словно сквозь пелену услышал он голос Льва.
– П-пушкин? Ст-тоит…
Старшинов неожиданно для себя улыбнулся. Впервые за последнее время.
До сбора оставалось еще с полчаса, которые надо было как-то убить. Некоторое время Элька бесцельно бродила по станции, пока не прибилась к небольшой группе местных, что коротали время у костра. Один из них, как только девушка присела, начал рассказывать. Явно для нее.
– Слышали о маяке, что с МГУ светит? Нет?
– Что за маяк?
– Обычный. Сталкерам из Изумрудного города дорогу показывает, где реку перейти лучше.
– Димк, брешешь! Там через реку один путь – мост!
– Это для тебя один, а у них, может, свои дороги. Изумрудный город же.
– Да кто его видел, этот город? Считай, в двух шагах от нас, а ничего не знаем. Придумал ты все.
– А вот и нет. Сам этот свет видел! Я однажды выводил парочку любителей приключений. Так вот, засекли, в последний момент уже – моргнул ярко желтым, и все, погас.
– А давно было-то?
– Да с месяц назад…
Маяк… Вот бы им увидеть этот свет!..
