– Кстати, а как же языковой барьер?
– Что-что? – удивился Гермес.
– Как получается так, что я понимаю речь жителей миров, в которых бываю? Вон те крестьяне, например, первый раз в Киеве и восхищены каменными домами и высокими срубами. И как мы с вами сейчас разговариваем и понимаем друг друга? Так же не бывает!
– Ты смешная, ну как это не бывает? А как бывает? Обычная девушка варит кофе в обычной с виду турке и в обычном камине открывает разные миры, которые привыкла считать сказками и мифами. Конечно, здесь у тебя вопросов не возникает, – парировал бог.
– Да… всё это поразительно, невероятно и волшебно. И я, по всей видимости, никогда не узнаю, как это всё происходит…
– Не рефлексируй, Олеада, пользуйся своими умениями и радуйся. Если ты не нашла ответы на все вопросы, когда пила из источника Мнемосины, то такое знание, очевидно, не может быть воспринято и осмыслено человеком, ваши возможности ведь не безграничны.
Девушка расстроенно надулась, хотя не могла не признать правоту Гермеса.
За разговорами они вышли на берег Днепра. Там столпились люди, встречающие подходящие к берегу корабли. Корабли, судя по богатым украшениям и ярким парусам – непростые. Княжеские? На палубе, у самого борта, стояла пышно одетая высокая женщина с красивым аристократичным лицом и властным взглядом серых глаз. Она явно была здесь главной. «Княгиня Ольга?», – догадалась её восхищённая тёзка. Тем временем, на корабле происходила какая-то возня. Люди спускали паруса, сновали взад-вперёд с верёвками, встревоженно перекрикивались. Корабль сильно качало, и княгиня, потеряв равновесие, полетела в воду, но в последний момент зависла в воздухе и плавно опустилась в центр неведомым образом выровнявшейся палубы. На её лице застыла смесь паники, удивления и облегчения, но правительница быстро овладела собой и с невозмутимым видом встала в прежнюю позу. Народ ахнул, раздались перешёптывания: «Ящер, Ящер помощь явил! Княгиню спас!».
– Так меня ещё не называли, – раздался смешок Гермеса за Олиной спиной, – ну пусть будет Ящер[6]…
– Это вы помогли Ольге?
– А кто же ещё? – самодовольно ответствовал бог. – Этот их Ящер неизвестно где, а я здесь! Почему бы не предотвратить позорное купание такой интересной женщины в реке?
– Невидимо? А что подумают эти люди?
– Почему же, она меня видела. Но только она. А люди, судя по всему, привыкли к периодическому божественному вмешательству, так что никаких проблем.
Корабль, тем временем, наконец пристал к берегу, и княгиня под приветственные крики толпы сошла на землю. Её взгляд остановился на пригорке, где стояли Оля с Гермесом, и правительница Руси изменилась в лице. Оглянувшись на бога, девушка поняла, почему. Или в нём взыграло тщеславие, или просто захотелось развлечься, но вестник греческих богов сейчас имел свой обычный божественный вид: крылатые шлем, сандалии, кадуцей, короткий хитон. Помедлив, княгиня направилась к ним, жестом сдержав последовавших за ней дружинников. Подойдя, она сделала попытку опуститься на колени перед своим спасителем, но тот остановил её повелительным движением руки.
– Не стоит, – отстраненно молвил бог. – Мудро правь своим народом, это лучшая благодарность мне.
Ольга склонила голову, не решаясь ответить. На вид ей было лет тридцать. Наверное, к этому времени она уже овдовела и приняла на себя управление государством. Выбившаяся из-под шёлковой ткани тёмно-русая прядь, большие холодные глаза, точёные черты лица, изящные украшения. Кунья шуба, несмотря на то, что стояло лето, меховой княжеский головной убор.
– Вы останетесь в памяти потомков великой правительницей, равноапостольной святой, – не удержалась её современная тёзка, – меня назвали в вашу честь.
Похоже, для женщины Древней Руси, пусть и княгини, это было уже слишком. Она ещё раз поклонилась богу, с интересом (и опаской) покосилась на Олю, и, стараясь не терять достоинства, степенно (хотя было видно, как ей хочется поскорее ретироваться) вернулась к ожидавшей её дружине.
Гермес укоризненно посмотрел на девушку, та развела руками. Не смогла удержаться, что поделаешь? Хорошо ещё, что правительница не приняла их за демонов и не стала креститься и поднимать панику (Оле почему-то вспомнился старый любимый советский фильм). Видимо, киевская княгиня ещё не успела принять христианство, а представление язычников о мире вполне допускало явление людям различных божественных сущностей и вещих предсказателей.
– Пойдём, пророчица, – потянул её за рукав бог, – мне ещё нужно пообщаться здесь кое с кем.
Оля стояла, задрав голову и заворожённо глядя в небо. «Кое с кем? – усмехнулась она про себя. – А этот кое-кто, значит, ни много ни мало – Дажьбог».
Бог солнечного света, как ему и положено, появился в золотых лучах, озаривших небо. Нестерпимо яркие лучи спускались до самой земли, а по центральному, как по дороге, ехала колесница, запряжённая грифонами. Прекрасный юноша в сверкающих одеждах встал посреди небольшой поляны, на которой его ждали греческий бог и его любопытная спутница.
