— Что бы ты сделал, если бы к тебе в гости пришел один из твоих свояков?
— Старших можно и меж ладоней растереть, а с младшим и развлечься можно.
— У тебя в гостях младший.
Она привела к нему Овдилга. Сын Звезды изжарил оленя, пригласил Овдилга поужинать:
— Отведай ужина, своячок!
— Не притронусь к еде, сын Звезды, до тех пор, пока не скажешь, как мне одолеть Бийдолг-Бяре, — сказал Овдилг и рассказал ему о помощи сына Солнца и сына Луны. — Я не успокоюсь до тех пор, пока не отобью Харсен Нарс.
— Ничего с тобой не поделаешь. Я доволен тем, что ты добиваешься своего, и сделаю все, что в моих силах. А сейчас спокойно ужинай.
После ужина сын Звезды сказал Овдилгу:
— Собирайся, пойдем на охоту, — и взял его с собой.
Они охотились целую неделю и наполнили высокие корзины дичью. Сын Звезды сказал:
— В понедельник возьмешь эти корзины с мясом и отправишься в сторону захода солнца. Пересечешь три горы. Там ты увидишь лысую гору, на которой не растут трава и лес, а лежат лишь камни и гравий. Раз в год на эту гору приходит кобыла, которая там жеребится, от нее и пошли гулинги. Трехногий гулинг Бийдолг-Бяре — тоже от нее. Когда она приходит жеребиться на эту гору, туда со всего света собираются звери и птицы, чтобы съесть этого гулинга. Как только кобыла ожеребится, ты разбросай куски мяса из своих корзин. Съев мясо, звери и птицы уйдут. Напоследок придет голодный волк. Сколько бы ты ни взял с собой мяса, к приходу волка оно кончится. Тогда оторви мышцы со своих рук и брось их волку. Если так не сделаешь, то твой гулинг тоже будет трехногим — ногу съест волк. Возьми вот это снадобье; если им смажешь руки, они сразу станут прежними. Это снадобье не было известно Бийдолг-Бяре, и поэтому его гулинг остался трехногим. Если поступишь так, твой гулинг будет четвероногим, и трехногий гулинг Бийдолг-Бяре никогда его не догонит. Тогда ты сможешь спасти Харсен Нарс.
— Большое спасибо за совет, — попрощался Овдилг и отправился в путь.
Преодолев три горы, он очутился у той, про которую ему рассказывал сын Звезды. Вокруг горы Овдилг поставил корзины с мясом и сел отдыхать.
В понедельник на этой горе появилась кобыла, а за ней звери и птицы. Когда кобыла начала жеребиться, Овдилг стал разбрасывать куски мяса. Наевшись досыта, звери и птицы покинули это место. Издали послышалось завывание волка. Появился голодный волк с впалыми боками. Овдилг вырвал мышцы со своих рук и бросил волку. Затем смазал раненые места снадобьем — руки стали прежними. Когда жеребенок трижды пососал свою мать, он окреп настолько, что на нем можно было ездить.
— Спасибо тебе за жеребенка. Ты спас его от смерти. Я дарю его тебе, — сказала кобыла.
Отпустив черного коня, Овдилг сел на гулинга и поехал к Бийдолг-Бяре.
Шестьдесят три дня ехал он по колючкам, репейника, шестьдесят три дня ехал по стеблям кукурузы, шестьдесят три для ехал по острым каменьям, пока не приехал к Бийдолг-Бяре, Была пятница, Бийдолг-Бяре положил голову на колени Харсен Нарс и уснул до следующей пятницы.
Вспоминая про смерть мужа, Харсен Нарс обливалась слезами — сколько текло воды, кровью оплакивала его — сколько лилось крови!
Увидев перед собой живого Овдилга, она очень обрадовалась и спросила:
— Не сон ли это? Неужели ты снова живой передо мной?
— Как видишь, не теряй даром времени, бросай эту грязную голову и уйдем отсюда.
Харсен Нарс потихоньку положила на пол голову Бийдолг-Бяре и с Овдилгом ускакала на четвероногом гулинге.
— О боже, как хорошо, что ты пришел вовремя! Через семь дней и семь ночей я должна была стать женой Бийдолг-Бяре. Если бы ты не пришел через семь дней, то вместо меня увидел бы мой труп. Я покончила бы с собой, лишь бы не стать его женой.
Как птицы, выпорхнувшие из гнезда, поскакали Овдилг с Харсен Нарс. Как и прежде, трехногий гулинг поднял шум и разбудил Бийдолг-Бяре. Проснувшийся Бийдолг-Бяре спросил своего гулинга:
— Ну как, после обеда догоним их или не обедая догоним?
— Теперь хоть пообедаем, хоть не пообедаем, все равно не догоним, — ответил трехногий гулинг.
— Что за разговоры! Я перебью тебе оставшиеся ноги.
— Дело в том, что у меня три ноги, а гулинг Овдилга о четырех ногах.
— Или умрешь, или догонишь их! — воскликнул Бийдолг-Бяре и бросился в погоню.
Но как ни старались, догнать их не могли. Бийдолг-Бяре стал избивать коня палицей.
Обливаясь кровью, гулинг заржал и стал молить о помощи скачущего впереди гудинга:
— Смилуйся надо мной, подожди хоть немножко, ведь мы от одной матери, не дай мне умереть жестокой смертью. Скажи своему хозяину, чтобы он сбросил черную бурку, и я, испугавшись, скину с себя Бийдолг-Бяре.
Четырехногий гулинг сделал, как просил его брат.
Овдилг сбросил с себя черную бурку, и Бийдолг-Бяре ушел в землю на глубину три раза по пятнадцать локтей. Там и пришел смертный час Бийдолг-Бяре.
А Овдилг со своей ненаглядной Харсен Нарс на четырехногом гулинге направились к сыну Звезды.
Оставим их наедине друг с другом, а тем временем поговорим о братьях Овдилга.
Надоели сестрам Харсен Нарс трусливые мужья, и они выгнали их из дому:
