заплатит восемь ефимков да десять алтын. А не сладите мост — ответишь
головой. Идет?
— Идет, — ответил Иван Плотник, — Только вот насчет бочек, пан
Бургомистр... Десять дюжин, да чтоб добрые. А то потопнут люди-то.
— Будут бочки, — говорит Бургомистр, — С моей пивоварни шесть
дюжин возьмем, да у зятя 3 дюжины, да у свата... Я тебе старого Рувима
отряжу, он лучший бочар в Городе. Бочки будут добрые...
На том и порешили.
***
С утра во вторник закипела работа в Доминиканском монастыре. Иван
Плотник велел и мне приходить. Толмач-то нужен. С отцом Настоятелем
он быстро договорился.
Пришел бочар Рувим, потолковал с Иваном, расспросил, что и зачем,
покрутил длинные пейсы, выдал бочки для образца и ушел.
— О бочках не тревожься. Десять дюжин добрых я отберу...
Иван роздал плотникам рейки с зарубками, и застучали топоры...
Как работают эти Московиты! Топоры у них в руках сами пляшут. Да еще
и поют при этом. Со стороны поглядишь — не работа, а игра. Да только
попросил я топор у Коли Маленького, а он тяжелый... Махнул раз, другой,
чуть себе ногу не отрубил. Плотники смеются:
— Бери, Тошка, перо! С топором тебе не сподручно! — Отдал я топор,
взял перо. Записывал, сколько и чего у монахов взяли.
Иван Плотник, Ондрей и Олеся ладили «седла» — хитрые рамы для
бочек из толстых бревен. Коля Большой и Коля Маленький рубили
«прогоны» — это два длинных бревна с тремя перехватами. А Степан с
Ваней и Миша готовили настилы из досок.
Кормили нас в монастыре. Там же и спали. Об этом Бургомистр
договорился. Каждый день заходил пан Кестутас, смотрел как работа
движется. Пару раз и пан Бургомистр заглянул.
Вкалывали от темна до темна. К пятнице большая часть работы была
сделана. В субботу Иван оставил мужиков доделывать настилы, а сам
пошел со мной в Город.
***
— Нужно бы мне, Тошка, — сказал Мастер, — потолковать с Магистрами
Братства Подмастерьев. Небось, ты знаешь кого-нибудь?
83
Братства Подмастерьев — дело тайное. Магистраты их везде запре-
щают. Мастера и Хозяева — преследуют. Ежели дознаются о ком, что он в
Братстве состоит, сразу из города вон. А Магистра — в тюрьму. Да все
равно в каждом городе эти Братства есть. С хозяевами воюют, своим
парням помогают... У нас, у школяров, тоже есть свое Братство. И его не
жалуют, да все же терпят. Подмастерьям хуже.
Я — то не знал, кто Магистры в здешних Братствах Подмастерьев. А
Янис Берзинь знает наверняка. Известный заводила, ни одна драка без
него не обходится. Как я и думал, он сидел в трактире «У Чаши», грустно
уставившись в пивную кружку. Ни денег нет, ни пива. Я вызвал его во
двор.
— Привет, Янис, — говорю, — Вот человеку треба потолковать с Магис-
трами Братства Подмастерьев. Дело есть.
Янис разгладил свои роскошные усы, поглядел с подозрением на
Ивана:
— Кто таков?
— Иван Плотник из Вологды. Церковь Николы Угодника у вас поставил.
— Деревянную Красавицу? Неужто ты?
— Он и строил. Не сомневайся. — говорю.
— Да нет! Что он рубил, я верю. А кто придумал? Ведь зодчий нужен...
— Я и придумал, — улыбнулся Иван Плотник. — У нас в Вологде богато
церквей. Вспомнишь какую, что убавишь, что прибавишь, как красота и
соразмерность требуют... Был бы расчет добрый, а топор все сдюжит.
— Ма-а-астер, — уважительно протянул Янис. — Ладно. Куда прийти?
— К Доминиканскому монастырю.
Через часок нас вызвали к воротам. На припеке, возле крепостной
стены сидели на корточках трое: из портняжного цеха — Берзинь, из
кожевенного — Горбатый Стась, из кузнечного — Носатый Янкель.
— Здравствуйте, люди добрые, — поклонился им Иван, — Просьба у меня
до вас. Взялась наша артель выстроить этой ночью мост через реку...
— За ночь, и мост? Врешь! — прервал его Берзинь.
— Помолчи, Янис, — остановил его Стась, — Не мешай человеку.
— Мост ставим на плотах, на бочках. Он готов. Надо собрать его за ночь.
Вот тут нам одним не справится. Помогите.
— Понял, — говорит Стась. — Мост. Значит вылазка! Добро! Потолкуем
ужо со шведами... Так сколько парней тебе надо?
— Перво - наперво надо к ночи привезти сюда десять дюжин бочек от
трех пивоварен. Лошадей-то в Городе всех съели...
— Ништо, — тряхнул кудрями Янис, — И без лошадей свезем.
— Потом сборка: на бочки — дюжина, на седла — моих двое, да ваших
десяток. На прогоны — моих двое, да ваших полдюжины. На помосты —
моих двое да ваших с десяток. На первом плоту пойдет Ваня, за ним по
мужику на каждый плот, это еще две дюжины. Сколько вышло-то?
— Пять дюжин и два. — ответил Носатый Янкель. — Будут.
84
— Ребят подберем ловких и шустрых. Не разинь, — сказал Стась, — Всё
сделают.
— Спасибо, братцы. Еще есть тонкое дело. Поперву перевезти через Реку
канат да закрепить его за старую ветлу на том берегу. И сделать это
тишком, чтоб ни одна лягушка не квакнула.
— Я сам поплыву, — сказал Горбатый Стась. — И рыбы не услышат.
— Ну и ладно. — Иван пожал руку каждому, — Значит до вечера. О деле
лишнего не болтайте. А ежели у кого из парней руки чешутся, со шведом
переведаться, милости просим...
