В волшебном Серебристом лесу, населенном не только животными, но и разными сказочными существами, живет Мудрый Енот. Сколько ему лет, никто не знает. Может, сто, может, триста, а, может, и больше. Он еще помнит то время, когда деревья в Серебристом лесу были молодые и стройные. Жители леса приходят к нему за советом и помощью. Енот берется за каждое дело. Его жизнь полна добрых приключений. Истории о Мудром Еноте учат маленьких читателей доброте, терпению, состраданию и взаимопомощи.
Далеко-далеко в горах, в одном живописном ущелье, где воздух был чистый-чистый, а извилистая горная речка журчала со склона вниз и была холодная-холодная, прятался Серебристый лес. Его так прозвали потому, что кроны высоченных деревьев доставали почти до самого неба, и ночью, при свете луны, их верхушки сияли таинственным серебристым отблеском. И это было не единственное, что отличало этот лес от остальных лесов. Дело в том, что обитали в этом лесу не только медведи, волки, лисы, ежи и другие животные, которые обычно обитают в лесах, но и довольно необычные существа: добрые феи, шустрые гномы, всевозможные монстрики и другой волшебный народец.
И, как водится, в таком лесу не обошлось без самого главного мудреца. Ну а как же без него обойтись? Звали его Мудрый Енот. Он был совсем седой, почти белый. Белые уши. Белая морда. Белый хвост. Только на мордочке и на хвосте едва просматривались серые полоски, которые когда-то, много-много лет назад были как у всех енотов, черные. На шее у него всегда поблескивал серебристый платочек. Подарок волшебных фей, они соткали его из пыльцы редких цветов, которые растут только в глубоких горных пещерах у самых чистых источников. Сколько ему лет никто не знал. То ли сто, то ли триста…а может и больше. Но не смотря на почтенный возраст, Мудрый Енот был самым ловким и самым активным жителем леса. Когда на рассвете позолота первых солнечных лучей начинала касаться сонных, покрытых ледяной ночной росой гор, Мудрый Енот уже вовсю разминался на зарядке. Сели-встали, прыг-скок, потом тихой и легкой трусцой долго бежал по извилистым диким лесным тропам, ведущим прямо на Зеленую Гору. А добежав, здоровался с солнышком, поднимал вверх белые мохнатые лапы. Потом утолял жажду в ледяной горной речке, и в ней же и окунался по самую седую мохнатую макушку, да так, что белый хвост дыбом еще час стоял от холода. Но так ему было хорошо, так свежо после утренних занятий, что это того стоило.
В тот день Мудрый Енот вернулся после утренней зарядки в свое жилище- дупло старого раскидистого дуба на берегу лесного озера.
Усевшись на лежанку из мягкого хвороста в священную позу лотоса, Мудрый Енот прикрыл глаза и замер. Так он всегда сидел до своего первого гостя. А между тем, посетители уже начали потихоньку стекаться к старому дубу. И за то время пока Енот сделал три медленных вдоха — выдоха, конца очереди было уж не видать. Первым в дупло заглянул худой ярко-зеленый остроухий Эльф с блокнотом в руках. По правде говоря, у него серьезных вопросов к Еноту не было. Он был журналистом лесной газеты и пришел по заданию редакции расспросить мудреца о его жизни. И если уж совсем правдиво говорить, не очень он и верил в мудрость Мудрого Енота. Нет, ну, то есть, он немножко верил, но…не сильно. Эльф был скептиком. То есть тем, кто все время во всем сомневается. Он поклонился, осторожно присел напротив и только раскрыл рот, как тот вдруг поднял обе лапы вверх.
— Тсс! Вы ничего не слышите? Как будто бы кто-то плачет? — обратился он к Эльфу так доверительно, словно они были знакомы лет сто, не меньше. Но тот удивленно затрепетал длиннющими ресницами, навострил острые уши и покачал головой. — Тогда пойдемте! Нам надо узнать, что случилось.
И больше ни слова не говоря, Енот выскользнул из дупла, а зеленый Эльф еще больше затрепетал ресницами, и запутавшись тонкими зелеными ногами в хворосте, вывалился следом.
В очереди, конечно, удивились, увидев, что Енот сам к ним пожаловал, стали кланяться. В очереди, конечно, удивились, увидев, что Енот сам к ним пожаловал. Кого там только не было. И дикая утка с утятами и русалка в большом деревянном чане с водой, который на своих плечах держали шесть лесных гномов, огромный бурый медведь, маленький толстый леший с высокой худой синеволосой кикиморой под ручку. Все кланялись, а Енот шел вдоль очереди и улыбался той простой улыбкой, которая бывает у тех, кто давно усмирил свою гордость. Эльф едва поспевал за ним и недоумевал. Куда он идет? Кого он ищет?
И только он так подумал, как Енот вдруг резко остановился, так резко, что Эльф чуть со всего размаху не влетел ему в спину. Перед ними, сжавшись в пушистый ярко-рыжий комочек, всхлипывала Белка.
— Что же делать. кхе кхе… — едва слышно причитала она внутри своего мохнатого укрытия- что же делать…
— Что случилось? — Мудрый Енот осторожно тронул ее лапой и она тот час выглянула и прищурилась, утирая слезы с длинных пушистых рыжих ресниц. А когда поняла, кто перед ней, зарыдала еще пуще.
— Ааа, Мудрый Енот! Сынок мой, Бельчонок, заболел! Чем мы его только ни лечили, что только ни делали! И врачей лучших вызывали! И фей волшебных приглашали! Ничего не помогает!
Енот выслушал Белку, задумался на секунду, и, подняв лапы, обратился к затихшей очереди:
