Построение социализма декларировали своей целью: Карибская Конфедерация, Куба и Уругвай в Америке; Корея, Вьетнам и Таиланд в Азии; Швеция, Финляндия и Австрия в Европе.
Канада, Австралия, Новая Зеландия и Южно-Африканский Союз лишились субъектности и у них пожеланий никто не спрашивал, как, впрочем, и у Англии, Уэльса, Гавайев и Панамской Зоны Канала – эти будут строить то, что решат в Сталинграде и Олешев-Сити.
В общем, несмотря на сошедшие с курса Китай, КССР и САССР, а также заметный правый крен в Польше, Румынии и Чехословакии, идея построения общества без эксплуатации и со справедливым распределением благ становилась всё популярнее во всём мире. Пока кроме Африки, там только начался переход от родоплеменного, первобытнообщинного строя к раннему феодализму, но и это уже прогресс.
Кстати, об Африке. Султан Мохаммед Али Шир оказался решительным стариком и власть в Сомали взял очень быстро. Не сказать, что совсем без пролития крови, но и не лютуя. Пролил ровно столько, сколько требовалось. Совсем без этого никак нельзя, без этого уважать не будут, Африка-с…
Али Шир, мудрый и справедливый, глава крупнейшего сомалийского клана, имеющий под командой аэромобильную бригаду с десантными и ударными вертолётами ЧВК «Black Power» и охрану батальонной группы специального назначения отряда «Сейф» МГБ СССР, объявил себя правителем всего независимого и суверенного Сомали, объединив бывшую британскую колонию на севере с бывшей итальянской на юге.
Обе бывшие колонии контролировались Советским Союзом, поэтому признание последовало незамедлительно – и независимости, и султана Али Шира в качестве правителя-монарха. К марту 1955 года, с султанатом Сомали заключили дипломатические отношения: Республика Аляска, США, Калифорния, Техас, Карибская Конфедерация, Куба, Уругвай, Ирландия, ГДР, Израиль и Северный Йемен.
Бенджамин О. Дэвис-младший начал набор и подготовку новых бойцов. Штат ЧВК «Black Power» планировалось увеличить до тридцати-сорока тысяч. Непростая задача, но выполнимая. Опытный костяк уже есть, а мясо постепенно нарастёт.
Первого апреля 1955 года, в РССР произошло очередное снижение цен. На этот раз только на импортные товары – чай, кофе, какао, шоколад, пряности, сухофрукты, мясные и рыбные деликатесы, вина, табачные изделия, шёлковые и хлопчатобумажные ткани, одежду и обувь. Цены на продукцию отечественных производителей не снизились – по этому поводу вышла разъяснительная статья на первой полосе «Правды», за авторством председателя Совета Министров РССР, Алексея Николаевича Косыгина.
Предсовмина писал, что возможности народного хозяйства в снижении цен исчерпаны, если не снижать оплату труда. А поскольку коммунизм, как теперь известно – это не экономический уклад, а новый этап развития человека и человечества в целом, который наступит неизвестно когда, до тех пор придётся жить с деньгами, себестоимостью и нормой прибыли, иначе мы разрушим свою экономику. Если у кого-то есть идеи – как жить и развиваться без денег – пишите их в редакцию журнала «Вопросы экономики», дискуссия будет вестись там, широким массам она неинтересна. Следующее снижение цен будет возможно после всеобщей автоматизации производств уже в Восьмой пятилетке.
Народ воспринял это известие с пониманием - с деньгами жить как-то привычнее. Оно, конечно, интересно – как там при коммунизме будет, но об этом лучше в книжках почитать, чем на себе эксперименты ставить. В книжках не бывает пьяниц дворников и грузчиков, там всё роботы делают, а у нас сейчас только сделай водку бесплатной…
Восьмого апреля 1955 года капитулировала почти миллионная китайская армейская группа в Сингапуре.
После вступления Индии в войну на стороне Таиланда и установления морской блокады, китайцы продержались всего две недели. Операция «Эпоха Троецарствия» вступила в завершающую стадию. Разрыв отношений с РССР привёл к тому, что Китай лишился поставок вооружений и боеприпасов, нефти и нефтепродуктов, а после возобновления войны с Таиландом вообще попал под полное эмбарго мирового сообщества.
Мао объявил в стране осадное положение и, под это дело, арестовал всю оппозицию своему курсу в ЦК КПК, во главе с Лю Шаоци, но это была уже агония. Мятежный Синьцзян стал примером для всех недовольных центральной властью, а главное – он показал всем слабость этой власти. Беспорядки теперь возникали по всей стране, из армии дезертировали целыми подразделениями, которые брали под контроль города, вырезали местных коммунистов и, разумеется, грабили.
Воспряли недорезанные гоминдановцы, начали проявляться революционные лидеры, обещающие закончить войну и раздать землю крестьянам. Не ново, конечно, но ничего нового изобретать и не нужно, если старое отлично работает. Китай и так трещал по швам.
