Двенадцатого апреля 1955 года, в Центре Управления Запусками космодрома Байконур собрались главы восемнадцати государств: РССР, КССР, САССР, Республики Аляска, США, Калифорнии, Техаса, Карибской Конфедерации, Кубы, Уругвая, ГДР, Израиля, Вьетнама, Кореи, Таиланда и Сомали; а кроме них, редакционный совет «Миров будущего», во главе с товарищем Сталиным-старшим; Государственный Комитет Труда и Обороны РССР (Бюро Президиума ЦК ВКП(б)) в полном составе; Генеральный секретарь ООН Эрнесто Че Гевара; Команданте Социнтерна Камилло де Сьенфуэгос; двенадцать выборных от общественной организации, зарегистрированной с временным названием «Коммуна Лозанна» (в их числе Лаврентий Берия, Всеволод Бобров, Альфредо ли Стефано и Эдуард Стрельцов); Главком ВКС, генерал-полковник Кожедуб, с отрядом подготовки космонавтов и курсантом Качинского училища лётчиков морской авиации Юрием Гагариным; съёмочные группы «Первого канала» и «Эй Эн Би Си»; корреспонденты ведущих мировых изданий и больше двухсот представителей трудовых коллективов, создавших космическую отрасль Российской Советской Социалистической Республики.
Полный народа, большой конференц-зал Байконурского ЦУЗ затих и замер, когда начался обратный отсчёт: «Десять, девять…»
В этот момент режиссёр трансляции на «Эй Эн Би Си» переключил картинку со стартового «стола» на Иосифа Виссарионовича Сталина. Вождь космонавтов, коммунистов, футболистов и прочего прогрессивного человечества что-то записывал в свой блокнот, не обращая внимания на происходящее.
- Вы что, совсем не волнуетесь? – спросила сидящая рядом Елизавета Георгиевна Виндзор.
- Не мешай. Толку мне волноваться?
«Три, два, один, пуск!»
Ракета «Мир-1» начала подниматься на струях огня, а в кадре появился первый космонавт человечества, он махнул рукой и сказал:
- Поехали!
Часть Вторая. «Космонавт Сталин»
Программой полёта в штатном режиме было запланировано шесть витков, а полёт шёл штатно, поэтому возвращение Василия Сталина на Землю ожидалось к вечеру, в районе девятнадцати тридцати по сталинградскому времени, плюс часа два-три на доставку с места посадки к Байконуру, медосмотр и всё такое, так что время было, народ начал разбиваться на группы по интересам.
Конференц-зал на Байконуре построили очень просторный, а огромное телевизионное табло, куда выводилась телеметрия и трансляция с «Мира-1», когда тот входил в зону приёма одной из станций слежения, было отлично видно из любой его точки, в общем, места для множества компаний хватало, тем более что Сталин-старший, Генеральный секретарь ООН, главы государств, Бюро Президиума ЦК ВКП(б) и некоторые гости переместились в другие помещения.
Майкл О Лири походил по залу, поздоровался со знакомыми, договорился с Берией встретиться завтра, для обсуждения подготовки Челябинска к зимней Олимпиаде 1960 года, обсудил с Бобровым шансы «Олешев-Сити Рейнджерс» на второй Кубок Стэнли подряд, выслушал благодарность Ди Стефано за популяризацию в России мате, сообщил Светлане Рокоссовской-Сталиной и Льву Гумилёву новости о съёмках «Войны и мира. Битвы за Космос-2», поблагодарил Маргелова за создание условий для тренировок Вячеславу Егорову, поздравил будущих космонавтов (которых помнил плохо, но зато они его хорошо), убедился, что все с удовольствием пьют кока-колу и вернулся на своё место – в кресло по левую руку от бывшей английской королевы.
Елизавета сидела как памятник – с прямой спиной и не отводила глаз от информации на табло. Более полугода совместного бизнеса (хоть и не основного для ирландца, но очень важного из-за Старого Джо) примирили Майкла О Лири с этой недобитой королевой британских мерзавцев. Как говорил царь Соломон – «всё проходит», прошла и ненависть. Тем более, что бизнес-партнёром Лиззи оказалась очень полезным.
- Принести тебе колу? Или чай? – говорили, естественно, по-русски.
- Колой твоей сантехнику мыть хорошо, а чай пьют в пять часов вечера, деревенщина.
- Тебе видней, - ухмыльнулся ирландец, усаживаясь, - сантехнику мне мыть не доводилось. Что писал Джо во время старта?
- Считаешь меня способной подглядывать в личные записи без разрешения?
- С чего бы ему в такой момент делать личные записи? У тебя явно с головой не всё в порядке, Лиззи. А все его рабочие записи и нас с тобой касаются.
- Майкл, я знаю, что ты невоспитанный поросёнок, не стоит об этом постоянно хрюкать. Что означает рост температуры на борту? Это опасно?
- Пока в зелёной зоне – нет. Сходи прогуляйся, а то спина затечёт. Светлана про тебя спрашивала – здорова ли.
- Чуть позже. Отстань, Майкл, пожалуйста.
В это же время, в одной из переговорных комнат по соседству, заседал ЧКО (Чрезвычайный комитет обороны, или Комитет посвящённых). В комнате тоже установили телевизор, так что телеметрию полёта все краем глаза наблюдали. Всё шло просто замечательно, появилась возможность обсудить другие темы.
