- Этого я не знаю, мсье. Знаю только, что и матчи предстоящего чемпионата будут снимать на множество камер с разных точек. Телевизионщики обещают сделать из футбола настоящее шоу, интереснее любого кино. Цветное шоу, мсье Жюль.
- Потрясающе. Успехи вашей Страны поражают воображение. Вы ко мне по делу?
- Разумеется, я не стал бы отвлекать вас в такой день по пустякам. Я привез вам предложение от товарища Рокоссовского встретиться. Если будет на это ваше желание, то он ждет вас у себя, - Гранаткин глянул на часы, - Через сорок пять минут. Машина внизу.
- Я полон желания, Валентин. Поехали!
18 августа 1953 года. Пенсильвания, Уэйнсберг, Позиции Первого специального артиллерийского дивизиона 280 мм орудий M65. Армия США.
Полковник Уильям Логан отвлекся от стереотрубы и добре хлебнул из фляжки, недавно вошедшего в моду, коктейля «Южный фронт»*. На несколько секунд замер неподвижно, потом потряс головой, будто стряхивая воду с волос, и снова припал к окулярам. Он не спал уже третьи сутки, и только «Южный фронт» пока удерживал его на ногах, добавляя сил физических, но при этом с каждой принятой каплей выжигая что-то внутри.
*кокаин, спирт и кока-кола
После «Эдмонтонской конференции государств Северной Америки», вместо ожидаемых полковником Логаном усиления позиции США и персонально Макартура, произошло совершенно обратное. Мало того, что недельная конференция закончилась подписанием совершенно пустого меморандума о намерениях, так еще и жёсткое публичное предостережение русского генерала Олешева от вмешательства в Британо-Канадские дела, дословно прозвучавшие как - «На этом этапе войны, новые союзники нам уже не нужны», немедленно попавшее во все газеты, опустило авторитет Макартура до уровня туземного диктатора с бананового острова.
Сразу после этого, Кентукки переметнулся к Южанам, Иллинойс к Западникам, а в Огайо и Индиане начались массовые беспорядки, хорошо организованные и, очевидно, заранее спланированные. Три дня назад в Маундсвилл прибыла бригада южан, усиленная двумя батальонами танков M47 «Паттон II», которым до его, некогда расположенной в глубоком тылу позиции, всего полчаса ходу. А прикрывает его от них теперь только полиция города Уэйнсберг, у которой на вооружении только наручники и пистолеты.
Полковник Логан буквально бил в набат, но на его тревожные сигналы никто не отзывался, на прикрытие позиций его сверхновых орудий никого так и не прислали. Ходили слухи, что в тылу мятеж, начавшийся с гарнизона, охраняющего Форт Нокс, и возглавляемый теперь его комендантом, полковником Брюсом О Коннелли. Слухи, слухи и никакой достоверной информации, непосредственное начальство приказало не паниковать и ждать приказа. И Логан ждал. Ждал до сегодняшнего дня.
Снайперы по его позиции начали работать еще позавчера, но противодействовать им, командиру дивизиона новейших и совершеннейших одиннадцатидюймовых орудий было просто нечем, у него теперь не было даже взвода охраны, снайперы начали работу именно с караульных. Все, что мог сделать в такой ситуации полковник Логан, он сделал. Переодел офицеров в солдатскую полевую форму и приказал соблюдать меры самой тщательной маскировки, но, несмотря на это, каждые два часа пуля невидимого палача забирала у него одного из бойцов. Вчера погиб командир второй батареи Лесли Адамс. Весельчак Лесли, с которым они познакомились еще во Вторую мировую, а сдружились уже в Корейском плену. Никогда не унывающий Лесли Адамс, который даже без дозы «Южного фронта», никогда не терял веры в будущее, и хоть как-то подпитывал ей самого Логана.
Прошлой ночью, полковник Уильям Логан сначала трижды сыграл в русскую рулетку, а потом приказал зарядить орудия изделиями W-9*. Все шестнадцать. Восемь нацелены по Маундсвиллю, а еще восемь по Моргантауну, где у южан дислоцирована целая механизированная дивизия. Логан снова отлип от стереотрубы и приложился к фляжке. Сегодня ночью он вдруг понял, что эта жизнь дана ему в наказание и ждал возможности искупить хоть что-то. Ждал сигнала свыше. И этот сигнал пришел. Ожила рация.
*280-мм ядерные снаряды, мощностью 15 кТн.
- Сэр, первый лейтенант Нейбаум тяжелый, в голову на вылет. Докладывал чиф-сержант Хилл.
Полковник Логан еще раз приложился к фляжке, опять на несколько секунд неподвижно замер, потом отжал тангенту и скомандовал.
- Первая и третья батарея – огонь! – переждав грохот, Уильям Логан суетливо приложился к фляжке еще разок, словно набираясь из нее сил забрать жизнь еще у одного города, - Вторая и четвертая – огонь!
21 августа 1953 года. Калифорния, Округ Лос-Анжелес, Пляж Санта-Моника.
