Два государства, два вида, два испепеляющих взгляда друг на друга. Вервольфы и люди. Доминирующий вид, которому плевать на слезы тех, кто слабее, привык отбирать самое дорогое – судьбу и свободу. И ради чего? Ради забавы? Или было что-то более важное для них, этих жестоких представителей полуволков? Какова судьба быть во власти вервольфа, которого не обрадовал подарок от матери-графини, питавшей надежду на то, что молоденькая красавица с гонором вытащит ее сына из пелены той боли, в которой он пребывал последние три года. Но куда делся гонор девушки под строгим, стальным взглядом серых глаз того, кто сходить с темного пути не собирался? Как бороться с влиянием темного клана и противостоять красавице-любовнице, которая ведь вервольф, а значит выше по статусу? Заставит ли мужчина преклонить колени или же возможно как-то сладить с его бешеным нравом и вернуть ему то, что отобрала жестокая судьба? И какую тайну скрывает коварный фатум за строками, написанными задолго до рождения героини?
– Отпустите меня, черти проклятые! – захлебываясь слезами кричала я, пока меня тащили по гулким коридорам с мешком на голове.
– Заткнись, – хриплый голос оронул в ответ и его хозяин грубо толкнул меня в спину.
Один из похитителей больно дернул меня за волосы, заставив зареветь еще больше. В какой-то момент мы остановились, и я услышала стук в дверь, а за ней строгий женский голос, приглашавший нас войти. Меня снова потащили куда-то и спустя пару минут сдернули мешок с головы, заставив зажмуриться от яркого света, пробивающегося через витражные окна в огромном зале. Оглядевшись, я поняла, что нахожусь не менее, чем в каком–то огромном замке, поскольку таких размеров зал мог быть только в нем. Переведя взгляд на стоящий передо мной огромный дубовый стол, я встретилась взглядом с выцветшими глазами высокой, пожилой женщины с красивой прической из седых волос, короной уложенных вокруг ее головы. Одета она была в красивое черное бархатное платье, наглухо застегнутое множеством сверкающих мелких пуговиц. Довершением этого аристократического сдержанного образа были длинные перчатки такого же черного цвета, которые обтягивали тонкие руки женщины до самых предплечий. Дама, прищурив глаза, изучающе смотрела пару минут молча, затем встала и подойдя вплотную ухватила меня за подбородок, больно сдавив его своими стальными пальцами.
– Ларон, ты же знаешь, что я принимаю только молоденьких девочек, из которых можно лепить то, что мне нужно. А эта уже сложившаяся личность! Зачем ты ее притащил сюда? – грозно посмотрела она на одного из моих похитителей.
– На землях людей все сложнее отыскать то, что тебе нужно, – хриплым басом ответил он. – Львиную долю девчонок забирают Шэриданы, ты же знаешь. Их клан имеет право первенства на порабощение. Мы не суемся на их территорию. В этот раз мы были на нуле, никого не удалось поймать. Люди рьяно охраняют территорию, на которую мы совершаем набеги в последнее время. А эта имела неосторожность выйти за стены вечером, ну мы ее враз и повязали, пока она воду из источника набирала. Да и не такая уже она и взрослая, восемнадцать от силы. Но зато красивая какая, ты же сама видишь, – мужчина хлопнул меня ладонью по заду, от чего я рванулась и с ненавистью плюнула ему в лицо.
– Да вижу я, что красивая. Толку только? – хмыкнула женщина. – Ты смотри какой гонор. Что я с ней делать буду? Ты же знаешь, что вервольфы любят покорных девчонок.
– Ну так а ты Дирану ее отдай, он враз ее объездит, – заржал другой из мужчин.
– Объездить то он объездит…, – задумчиво проговорила женщина, окидывая меня взглядом с ног до головы. – Зовут тебя как? – обратилась она ко мне.
– Пошла к черту, тварь темная, – прошипела я ей в ответ.
Женщина повела бровью и наотмашь ударила меня ладонью по лицу.
– Два раза ничего никогда не повторяю. Не будешь отвечать должным образом – прикажу забить насмерть. С меня не станет. Мне не нужны здесь выказывающие неуважение по отношению ко мне девки. На многое могу закрыть глаза, но, если меня лично это касается – не прощаю никогда. Уяснила? Как тебя зовут? – грозно спросила она снова.
– Кэтрин, – прошипела я в ответ, по глазам видя, что эта худая стерва не шутила.
– Кем была на землях людей? – спросила она, скрестив руки на груди.
– Животных лечила, – пожала я плечами.
– Животных значит лечила, – она протянула руку и взяла мою ладонь, рассматривая ее. – Лжешь. Руки смотри какие нежные, ухоженные. Кем была, жду правдивый ответ, – теряя терпение спросила она.
– Да никем особо не была, – огрызнулась я. – Отец при дворе ее величества главным казначеем служит, мама – фрейлина, я их дочка.
– Что ж ты, дочка таких особ, да за стенами делала без охраны?
– Говорю же, что животных лечу. Лошадь подруги заболела, никто ничего не мог сделать. Вот и хотела попробовать сделать лекарство на основе воды мертвого источника, да и вышла за стены так, чтоб никто не знал. Ну а меня и схватили эти, – зло кивнула я в сторону мужчин.
– Люди… Как это вам свойственно, сострадание…даже к животным, – хмыкнула женщина.
– Да, мы такие. Не чета вам, темны тварям, – презрительно скривила я губы, пристально смотря в черные глаза женщины. – Вам–то оно не свойственно.
– Занятный экземплярчик, – хмыкнула женщина. – Ладно, оставлю ее себе. Посмотрю, что из нее выйдет. Винтар, – крикнула она и в зал тотчас же вошла красивая молодая женщина с длинными белыми волосами, – отведи эту к Лиран, пусть осмотрит ее. Затем в комнату к девушкам, лучше к Селии и Эдин подсели, эти враз ее на место поставят, если вдруг начнет тут взбрыкивать. А чую я, что так оно и будет, – кивнула она раздраженно головой и женщина подошла ко мне, крепко ухватив за руку.
– Пойдем, – строго сказала она и потащила за собой прочь из зала.
– Отпусти, сама пойду, – рванула я руку в коридоре, и женщина нехотя отпустила меня.
– Бежать некуда, сразу предупреждаю, – кивнула она мне, приглашая следовать за ней.
