Прогуливаясь ночью по лесу с означенной целью, мы обнаружили на берегу Малого Красноперского упомянутого “царя”. Транд лежал на спине возле костра и храпел, привольно раскинув руки. Могло показаться, что он просто спит (так на самом деле и было) — если бы верхом на нем не прыгала голая баба, яростно совокупляющаяся с Трандуилом в позе “наездницы”. Поскольку наше присутствие нисколько её не смутило, мы подошли и легкими пинками привели “царя” в чувство. Транд перестал храпеть и открыл глаза.
— А? Что? — видно было, что окружающую действительность он воспринимает с превеликим трудом. — Хуй ли надо?
— Ну и ну! — пожурили его мы. — Как мы видим, перерывов на сон ты больше не делаешь? Спишь — и в то же время ебешься?! Охуеть!
— И что? — спросил Трандуил, недовольный тем, что его разбудили. — Вам-то какое дело?
— А как же нравственность? — спросили мы. — Смотри, чего у нас есть! С этими словами мы сунули изготовленное Жертвой устройство Транду под нос.
— Прикидываешь, — объяснили мы, как только зрачки Транда должным образом сфокусировались, — здесь сто пятьдесят грамм тротила и детонатор из трассера! Пизданет так, что закачаешься! Имей в виду!
С этими словами мы бросили бомбу в костер и бросились бежать. Понятное дело, что мчался я ОЧЕНЬ быстро — но все же не удержался и разочек обернулся на бегу. Увиденная картина до сих пор стоит у меня перед глазами: голое женское тело, распластавшееся над землей в невообразимом прыжке и обнаженный Трандуил, со всех ног несущийся к спасительному лесу. За несколько отпущенных ему мгновений Транд покрыл приличное расстояние, подтвердив этим старинную поговорку: “Жить захочешь — еще не так побежишь!” Не все же ебаться, надо и о здоровье подумать!
“Для мирного времени характерен эмоциональный упадок, спокойная жизнь приглушает сильные чувства. Весь спектр ощущений, от искр душевного тепла до огнедышащих глубин ненависти, полнее воспринимается в смутное время и в связи с беспокойными обстоятельствами”.
Этой же весной Крейзи объявил старт городской кампании “Первоцвет”. Эта акция направлена против торговцев охраняемыми родами дикорастущих цветов — Leucojum, Ruscus, Cyclamen, Crocus, Galanthus. Перед инспекторами была поставлена задача пресекать торговлю “с рук” крымскими первоцветами, многие виды которых занесены в Красную Книгу. До полумиллиона единиц этих растений каждую весну ввозятся в наш город браконьерскими “челноками” и реализуются через сеть розничной торговли.
“Цветочная Кампания” — одна из самых беспокойных. Торговля первоцветами обычно осуществляется “с рук”, но немало растений уходит и через официально установленные цветочные ларьки. В любом случае, продавцы первоцветов (в большинстве своем это женщины “кавказской” национальности) нехуево отстегивают местным сборщикам подати. Так что деятельность по пресечению подобной торговли с самого начала натыкается на “недопонимание”, а подчас и на открытую агрессию удельных ментов.
— Вы охуели? — орал на нас один из сотрудников пикета милиции на станции “Купчино”. — Какой еще Комитет? Вы чего себе позволяете?!
Недовольство этого господина было вызвано тем, что сводная инспекторская группа из двенадцати человек задержала в подземном переходе гражданку Украины, Асанову Мерзие Мургазаевну, при которой было обнаружено семьсот двадцать единиц Galanthus nivalis L. Вместе с Мургазаевной попалось еще девять человек, у каждого из которых имелось с собой от пятисот до тысячи упакованных в пластиковые ведра стеблей. Но местную милицию такая “акция” только взбесила.
— Хуйней занимаетесь! — разорялся местный пикетчик. — Это ПРОТИВОПРАВНО! Шли бы вы отсюда подобру-поздорову!
Из-за “столкновения интересов” некоторые мероприятия превращалась в черт знает что. В тот раз “недопонимание” дошло до того, что старшему инспектору из числа наших коллег[202] попытались при обыске подбросить “палево на карман”. Сделали это под предлогом досмотра, вызванного “сомнениями в подлинности предоставленных удостоверений”. Такая хуйня кого хочешь взбесит — так что мы отбросили в сторону приличия и начали строчить жалобы на имя Комитетского начальства. Навроде вот этой:
