Выйдет Евражка утром коров пасти и лапкой в небо обязательно помашет. С приятелями здоровается. Хорошие они. Приветливые. Вон, глядите, тоже лапками машут.
Примечание: Евражка — невыдуманный зверек, он живет в Сибири и на Дальнем Востоке.
Жил–был один умный, красивый, очень воспитанный, щедрый, мужественный, справедливый мальчик. Так про мальчика думала его мама. А во дворе про мальчика так не думали и звали его просто и честно — Мамадай.
— Мама, дай, дай, дай, дааааааааай! — орал мальчик с утра до вечера и тыкал пальчиком то в игрушку, то в шоколадку, то ещё во что–нибудь. И мама всё ему покупала, потому что не умела отказывать своему ребенку ни в чем. Глаза у мамы были вечно усталые, робкие. Она думала как бы ещё угодить своему дитятке, как сделать его счастливым. Но Мамадаю для счастья всегда чего–то очень не хватало. Потому что как только у него появлялось то, чего ему не хватало секунду назад, как он тут же переставал этим интересоваться.
Однажды прекрасным летним вечером Мамадай смотрел в окно и скучал. А за окном солнышко уже спустилось с неба, и только на горизонте ярко светилась длинная золотистая полоска заката.
— Мама, даааааай! — закричал мальчик и ткнул пальчиком прямо на край земли. Этого мама купить не могла. Она видела, как мучается её сынок, как он корчится от несчастья, катается по полу в рыданиях, но ничего не могла поделать… Какое горе!
Она не спала всю ночь. Разве уснёшь, когда рядом визжит, громче десяти поросят, её дитятко бедное?
Утром мама с ребенком отправилась к дежурному волшебнику за помощью. Волшебник произнес заклинание, и они тут же оказались на самом краю земли. Вернее, почти на самом краю, потому что край земли всё время шевелился туда–сюда и не хотел стоять на одном месте. Ведь там, где кончается край земли, сразу же начинается край моря. Волны то набегают на землю, то опять отступают, вот он и шевелится.
Мамадаю никак не удавалось прихлопнуть ладошкой самый краешек. И он опять разревелся. Мама умоляюще взглянула на волшебника. И тогда Волшебник достал из кармана старую потрепанную шапку.
— Это шапка–невидимка, — сказал он. — Если надеть её на что–нибудь, то оно станет невидимым. Перестань просить то, чего невозможно дать, на, поиграй с шапкой.
Но Мамадай всё равно не успокоился, он бросил шапку на землю и начал её топтать ногами он обиды на всех. И он так усердно топтал шапку, что она целиком вдавилась в мягкий прибрежный песок.
И вдруг вся земля стала невидимой, прозрачной. Далеко внизу под ногами сверкало звёздами огромное небо, пролетали лохматые сверкающие кометы, кружились галактики. И всюду было только оно — такое красивое и бездонное, что Мамадай замер на месте и совершенно забылся. Он просто смотрел вокруг и хлопал ресницами от удивления.
— Это всё — твоё, сынок, — сказал добрый Волшебник. — И нет этому ни конца, ни края…
Они любовались небом долго–долго. Потом мальчик что–то нашарил в пустоте под ногами, отряхнул это от невидимого песка и вернул Волшебнику шапку–невидимку.
— Я больше не буду, — вдруг прошептал мальчик, опустил голову и заплакал. Но это были уже другие слёзы. Совсем другие…
И мама поняла, что её сын — больше не Мамадай, а дежурные волшебники тоже бывают настоящими.
А Волшебник ничего не сказал. Он просто посмотрел на мальчика, потом на небо и улыбнулся. Чуть–чуть. Вот — так.
Ну, здравствуй, дружок! Тебе хорошо сейчас? Вот и славно, лежи спокойно, отдыхай, маленький. Ты ещё ничегошеньки не знаешь. Ты даже не знаешь кто ты, мой родной. Ты — частичка меня и мамы. Мама — это то, что сейчас вокруг тебя. Она — весь твой мир. Она такая теплая и добрая. Она кормит тебя и защищает. В ней очень удобно: можно даже бултыхаться иногда и переворачиваться с боку на бок.
Ну, хватит, хватит, шалунишка. Вот стоило только сказать. Мы с тобой друг друга хорошо понимаем, а как же. Вы с мамой очень–очень близки. Но ты — уже не мама. Ты — это только ты, потому что кроме мамы есть папа. И он тоже часть тебя. И он — это я.
И вот ты уже не просто так, ниоткуда и неизвестно что, нет, ты — половинка мамы и половинка папы, представляешь? Ты — наша волшебная сказка, которая очень–очень скоро увидит свет. Надо только немножечко подрасти и потерпеть. Что такое видеть? Я думаю, тебе это понравится, родной. Видеть — это хорошо, так же, как слышать. Ты ведь меня сейчас слышишь? Слышишь. Не бултыхайся, я и так понял.
Видеть — это очень ярко. Сначала даже глазкам больно будет, вот до чего ярко. Сейчас твои глазки спят, они закрыты, но я знаю, что свет ты уже чувствуешь, хотя и не понимаешь, что это такое странное. Ладно, не будем экспериментировать. Потом поймёшь.
А ещё ты узнаешь, что такое воздух. Его много будет вокруг. И он попадёт в тебя, когда ты увидишь свет. Твой ротик откроется, и воздух сразу ворвётся в тебя: глубоко–глубоко. И тебе это понравится, тебе захочется его больше и больше. Сразу и чтобы много–много. И ты закричишь громко–громко, чтобы его вошло в тебя побольше. И ты услышишь свой голос!
