— Не будите его! Он так сладко спит… Такой милый, смотрите, какая славная мордочка!
— Какая бы ни была мордочка, а билет его я должен проколоть!
— Кис-кис-кис! — позвала синьора. — Котик, милый котик, ну проснись, посмотри, кто пришёл…
Кот открыл сначала один глаз, затем другой и произнёс:
— Мяу, мяу!
— Ещё недоволен! — проворчал почтенный господин. — Чёрт знает что! Ему, наверное, спальный вагон нужен, не иначе…
— Ничего подобного, — объяснил молодой человек, — он сказал: «Извините, я задремал…»
— Задремал, да?
— Похоже, любит выражаться изысканным слогом…
— Мяу, мяу! — снова произнёс кот.
— А теперь что он сказал? — поинтересовалась синьора.
— Он сказал: «Прошу вас, вот мой билет», — перевёл молодой человек.
— А вы проверьте как следует, — потребовал у контролёра почтенный господин, — а то ведь, знаете, бывают такие бесстыжие пассажиры, которые с билетом второго класса едут в первом классе.
— Билет в порядке, синьор.
— Мяу, мяу, мяу! — громко произнёс кот.
— Он сказал, — объяснил молодой человек, — что должен был бы обидеться на вас за все ваши замечания, но не делает этого из уважения к вашим сединам.
— Сединам? Но у меня же нет волос! Я лыс!
— Мяу, мяу!
— Он говорит, что прекрасно это видит, но будь у вас волосы, были бы седые.
Синьора вздохнула:
— Какой вы молодец, молодой человек, что понимаете кошачий язык! Как это вам удаётся?
— Это нетрудно. Надо только быть очень внимательным.
— Мяу! Мяу!
— Сколько можно болтать! — проворчал почтенный господин. — Ни минуты не может помолчать!
— А что он теперь сказал? Что сказал? — опять заговорила синьора.
— Он сказал: «Какая сегодня хорошая погода! А вчера был такой пасмурный день. Будем надеяться, что завтра будет так же хорошо, как сегодня. Вы далеко едете, синьоры? А я в Венецию, по семейным делам».
И все это были его проделки.
Но как было бы прекрасно, если бы мы когда-нибудь и в самом деле научились разговаривать с животными!
Если не со всеми, то хотя бы с кошками.
Как может весёлый, славный барабанщик стать вдруг ни с того ни с сего грабителем с большой дороги?
Третий конец меня тоже не устраивает.
По-моему, глупо нарушать такое хорошее волшебство из простого любопытства, хотя любопытство, конечно, не порок.
Если бы учёные не были любопытными, а вернее — любознательными, они никогда не сделали бы никаких открытий.
Я за второй конец.
И я не знаю, какой же выбрать конец — второй или третий.
Второй — забавнее, а третий — хуже.
Я не верю, чтобы на Земле оказались все эти страшилища.
Второй конец — забавен, но не для бедных лягушек.
Я за третий конец ещё и потому, что он позволяет продолжить сказку.
Очень важно найти хорошего учителя.
Это куда важнее, чем стать звездой конного цирка или каждый день получать миску с едой.
Предпочитаю третий конец, хотя он и довольно грустный.
Надо объяснять, почему? Не думаю.
Третий — для пессимистов.
Я за второй конец — мне нравится, что Пао́ло пожертвовал своей мечтой, прекрасной, но абстрактной, ради того, чтобы помочь человеку.
Слишком загадочный второй.
Пожалуй, неплох третий, но непонятно, почему пошёл этот шляпный дождь.
А впрочем, так ли уж надо это объяснять?
Ведь эти падающие с неба шляпы — такое весёлое зрелище, что невольно возникает надежда — может, с неба не будут падать другие, более опасные предметы, например бомбы, снаряды…
Второй — очень несправедливый: зачем красить бедного индейца белой краской?
А вот третий вполне годится, но я, разумеется, могу и ошибаться.
Все три конца кажутся мне занимательными и поучительными.
А вам?
Это довольно грустно, но не все же сказки кончаются благополучно.
