Вадим спорить с ней не стал – ему и самому хотелось уже хоть чем-то заняться, а перспектива сходить на кладбище и вырыть кости друга его совсем не пугала. И не такое творил. Только вот как к этому Мила отнесётся? Откажется поди. Но Вадим просто обязан сделать всё, чтобы она пошла с ним. Тихомира ненадолго вышла за бедными мышами, а затем принялась показывать внуку новый узел. В этот раз нужно было отнять у мышей зрение. Тихомира объяснила, что в узел можно любую неприятность вложить – и постоянные головные боли, и потерю голоса, и какое-нибудь страшное заболевание, только вот выбрать нужно что-то одно.
– Лучше несколько таких узелков завязать, – сказала ведьма. – Иначе можно нить случайно оборвать, а это больно, если ты забыл.
– Помню, – буркнул Вадим, невольно сжав и разжав пальцы.
Тихомира показала узел всего один раз, а потом отправилась доделывать ему оберег, пока он сам тренировался с мышами. Этот узел был сложнее предыдущего, но Вадиму дался проще. Первые две мыши стали видеть немного хуже, а вот третья ослепла совсем, у неё даже глаза заволокло белой пеленой. Ещё после двух слепых мышей Вадим стал размышлять о барьере. Тихомира ему такое ещё ни разу не показывала, так что не терпелось завалить её вопросами, но он прекрасно знал, что всему своё время. Тем более отвлекать Тихомиру от дела было бы очень глупо. Только когда он ослепил последнего мышонка, Тихомира вернулась в обеденную с готовым амулетом и принялась оценивать труды ученика.
– Хорошо вышло, – кивнула она в итоге, сажая мышат назад в клетку. – Не устал?
– Немного, – кивнул Вадим.
После того, как он практиковался в магии, обычно он чувствовал опустошение, но сейчас даже несмотря на то, что он довольно много узлов завязал, всё ещё был достаточно полон сил.
– Это ещё лучше, но отдых не помешает, – Тихомира была довольна его ответом. – Тогда сходи на луг да нарви мне немного полыни, она нам позже понадобится. Как вернёшься, так объясню, что с костями сделать надо.
Вадим поднялся с места и отправился выполнять новое поручение. Вопросов он пока не задавал, потому как знал, что Тихомира сама ему всё расскажет. Наконец-то он понемногу возвращался в привычное русло, потому как даже немного устал бездельничать. Он взял серп, неспеша прогулялся до луга и собрал целый веник полыни. Когда он вернулся, то увидел, как Тихомира обдирает с дома плющ. Видимо, он тоже понадобится.
– Ба, я, наверное, к Миле схожу, – отвлёк её Вадим от занятия, оставляя полынь на пороге. – Не хотелось бы ночью в дом пробираться да всех там пугать.
– Иди, – Тихомира кивнула. – Но давай я тебе прежде всего всё как следует объясню, чтобы тебе туда-сюда лишний раз не бегать.
Вадим выслушал все инструкции, осознавая, что Миле такое занятие придётся очень не по вкусу. Вадиму было немного лень возвращаться в деревню, но он решил, что вполне себе может узнать, как дела у Есении, раз Тихомире он сейчас больше не нужен. Ему показалось, что у ведьмы появилось очень много дел, которые она не могла делать, пока Мила крутилась рядом. Или же она просто хотела хорошо подготовиться к появлению чужой ведьмы в этих краях. Думать о таком вообще не хотелось.
Вадим немного прогулялся по деревне, в надежде встретить Милу или Бажена, а то и обоих, чтобы не было нужды тащиться домой к дровосеку. Однако с этим ему не повезло. Милу он обнаружил на заднем дворе вместе с матерью Бажена. Они снимали высохшее бельё и спокойно о чём-то беседовали. Бажена рядом было не видно. Наверное, они с братом и отцом сейчас где-то в лесу. Тем лучше. Не придётся выслушивать от него сотню бесполезных вопросов.
– Здравствуйте, хозяюшки, – привлёк к себе внимание Вадим, заходя во двор, как к себе.
Мать Бажена и Мила тут же замолчали, улыбка сползла с лица последней, да и первая как-то побледнела немного, крепко сжав чистую рубаху. Вадима такая реакция устраивала.
– Здравствуй, Вадим, – кивнула женщина и обратилась к Миле. – Я пойду тогда ужин готовить, а вы тут…
Она даже договаривать не стала – поспешила скрыться. Понимала, что ей здесь не место, разговор чужой слушать нельзя.
– Значит, Тихомира уже придумала мне наказание? – тихо спросила Мила, пытаясь мысленно смириться со своей участью.
– Придумала, – кивнул Вадим, рассматривая окружение, чтобы больше напугать Милу.
– И… Что мне нужно сделать? – осторожно спросила она.
Вадим наконец позволил себе перевести взгляд на девушку. Глаза всё ещё были припухшими от слёз, а руки, нервно перебирающие косу, дрожали. Выдержит ли она такое наказание?
– Прийти ночью к колодцу, – ответил ей Вадим. – Одной.
– Что же тогда будет? – Мила тихо выдохнула от страха.
– У колодца и объясню, – Вадим же лишь пожал плечами. – Ты главное Бажена с собой тащить не смей. Поняла?