Девочки не знали как быть. Дафна, конечно, скорее схватила сестру за руку. Сабрина чуть пожала ее, и обе, зажмурившись, нерешительно шагнули внутрь зеркала. Пахнуло свежестью, будто их настиг летний дождь, а когда они наконец открыли глаза, их ослепил яркий свет. У Сабрины закружилась голова, когда она огляделась. Таких чудес не бывает на свете. Это совершенно невозможно!
Сабрина думала, что, попав внутрь, они окажутся в отражении комнаты, в которой только что были, ведь зеркало — это же просто зеркало. Но она ошибалась. Вместо этого они попали в длинную и широкую анфиладу залов, которая напомнила ей Центральный вокзал в Нью-Йорке: огромный простор, купольный свод и бесчисленные сводчатые арки из стекла и стали. Потолок подпирали сверкающие мраморные колонны, возвышавшиеся на сотню-другую метров над ними. Все пространство заполняли поразительные скульптуры людей и сказочных чудовищ. И вдоль каждой стены — сотни дверей разных размеров и формы: одни крошечные, словно для кроликов, другие — высотой метров тридцать. Одни двери были деревянные, другие стальные, а некоторые, казалось, состояли из одного лишь света. Сабрина взглянула на связку ключей бабушки Рельды и только тут поняла, для чего
Но больше всего ее поразило не помещение, куда они попали, а человек, который здесь обитал. Лицо в зеркале принадлежало уже не голове без тела — нет, перед ними был невысокий толстячок в черном костюме и при галстуке.
— Держи руки в карманах, Джек, — сказал он.
— Зерцало, я потрясен! Ты мне не доверяешь? — спросил Джек.
— Я доверяю тебе не больше, чем тот, кто тебе губу разбил, — заметил Зерцало.
— Что это? Что здесь такое? — спросила Дафна.
— Многомерная, мультифазная, заархивированная карманная вселенная, — ответил Зерцало. — Все для чародейства и волшебства.
— Что-что?
— Твоя бабушка называет ее самой большой в мире кладовкой, — вздохнул человечек. — Здесь нечто вроде хранилища опасных и особо ценных предметов. Я его называю чертогом чудес, и вам здесь вообще-то нельзя находиться.
— О, Зерцало! — сказал Джек. — Это лишь один из твоих секретов. Не беспокойся, у тебя их, убежден, еще полным-полно, целый миллион.
Лицо толстяка побагровело от гнева. Он сжал кулаки — казалось, вот-вот ударит Джека, однако
Победитель великанов не обращал на него ровным счетом никакого внимания.
— Ну, Зерцало, где туфельки-то? Валяй, рассказывай, — нетерпеливо потребовал он.
— Сюда, — с трудом вымолвил Зерцало, показывая, куда пройти, и двинулся подлинному коридору со множеством дверей.
На одной была табличка "ВОЛШЕБНЫЕ ПАЛОЧКИ КРЕСТНОЙ ФЕИ", на другой — "ГОВОРЯЩИЕ РАСТЕНИЯ". Они шли и шли по бесконечному коридору, и им попадались все новые двери с невероятными надписями: "ОТРАВЛЕННЫЕ ФРУКТЫ", "ЯЙЦА ДРАКОНА", "ЖИВОТНЫЕ, КАКИХ НЕ БЫВАЕТ", "КОЛОДЦЫ ДЛЯ ЗАГАДЫВАНИЯ ЖЕЛАНИЙ", "МАГИЧЕСКИЕ КРИСТАЛЛЫ", "ЗАКОЛДОВАННЫЕ КЛАДЫ", "СВИТКИ И ПРОРОЧЕСТВА" и так далее, и тому подобное… Вот они прошли мимо массивной двери, из-за которой раздался такой жуткий стук-гром, что они в испуге отскочили в сторону: казалось, дверь вот-вот слетит с петель. Что-то по ту сторону двери пыталось вырваться наружу, явно что-то особенное, но на табличке было написано: "ГРЕНДЕЛЬ".
Так они и шли, пока Зерцало наконец не остановился перед дверью с надписью "ВОЛШЕБНАЯ ОБУВЬ".
— Вот здесь, — с большой неохотой сказал он. — Должен еще раз предупредить: это магическое средство крайне опасно. Именно поэтому вечножители попросили семью Гримм присматривать за подобными вещами. Если волшебство попадает не в те руки, это конец.
— Мы будем осторожны, — сказала Сабрина, наклоняясь к замку.
Замок оказался простой, и ключ для него был простой, как отмычка, однако в связке у бабушки Рельды таких было десятка три. Сабрина попыталась открыть первым попавшимся — неудача. Взяла следующий — опять неудача.
— Дай-ка я попробую, — нетерпеливо сказал Джек.
— Сама справлюсь, — отрезала Сабрина.
Она взяла очередной ключ, и на этот раз замок открылся. Дверь распахнулась, и все вошли внутрь.
Комната как комната, ничего особенного, но все, что в ней находилось, казалось совершенно невероятным. Вдоль стен на деревянных полках были аккуратно расставлены сотни пар обуви: и ковбойские сапоги, и плетеные сандалии, и деревянные сабо, и кожаные мокасины… Некоторые, судя по их виду, были сделаны для животных, а некоторые были такие огромные, что в них уместилась бы вся хранящаяся в комнате обувь. Девочки увидели золотистые туфельки с белыми, покрытыми пухом крылышками, которые все время трепетали, будто туфельки были живые. Другие туфельки, сделанные из хрусталя, сверкали, как бриллиантовые.
Джек подцепил золотистые туфельки с крылышками, однако человечек тут же выхватил их у него, шлепнув его по рукам. Поставив туфельки на место, Зерцало пересек комнату, взял с полки пару сверкающих туфелек и подал их Сабрине.
— Постарайся обращаться с ними поаккуратнее, чем с ковром-самолетом, — сказал он угрюмо.
