Настолько она меня впечатлила, вдохнула жизнь и показала иную грань болезни. Болезни как шанс взять ответственность за свою жизнь на себя и осознать, что все зависит только от меня. Если у нее получилось использовать болезнь как шанс на вторую жизнь и реализоваться, то почему я не могу так сделать? Как минимум, взять лечение в свои руки и перестать идти по пути самоуничтожения, читая «онкобудни», я была в состоянии.
К финалу книги совершенно точно осознала, что лечиться в РОНЦ больше не хочу и никогда туда не вернусь. Невозможно вылечится там, где уже само здание наводит тоску и уныние. Мне нужно найти что-то другое.
Вселенная очень часто откликается на наши запросы, стоит только попросить. Набравшись смелости, рассказала о своем диагнозе партнеру и через два дня, получив телефон главного онколога Федерального медицинского биофизического центра имени Бурназяна, пошла к нему на прием.
Сейчас, суммируя опыт посещения врачей и юридическую практику, я получила определенный алгоритм, как надо с ними разговаривать, чтобы это было продуктивно, прежде всего, для пациента. Доктора, как правило, люди занятые, говорят некоторые вещи, подразумевая их общеизвестность, что совершенно не так, о многом просто не догадываются рассказать, считая это неважным, хотя именно это и важно.
Готова поделиться – это эффективная стратегия и не только при болезни раком.
Любой визит к врачу – переговоры, а в успехе любых переговоров восемьдесят процентов занимает подготовка. Заранее подготовься к визиту, выпиши все интересующие вопросы и держи список под рукой. Не стесняйся их задавать, в конце концов, ты имеешь право, чтобы тебя поставили в известность о тонкостях лечения и последствиях. Возьми с собой кого-то, кто станет записывать ответы. Лучше, если это будет кто-то из мужчин, если ты девушка, и наоборот. Поверь, ты концентрируешься на чем-то важном в текущий момент именно для тебя, а другое, не менее важное, упустишь. Не можешь взять с собой никого, записывай на диктофон.
У нас с мужем случались забавные ситуации. После выхода из врачебного кабинета мы сверяли показания и часто обнаруживали, что словно находились в разных местах. Девочек больше интересуют эмоциональные моменты: насколько будет больно, долго, неприятно, какой «красоты» будет шрам и так далее. Мужчин же интересует техника: где, когда, каким образом и что для этого нужно.
Для визита к главному онкологу ФМБА у меня был заготовлен огромный список вопросов. И этот святой человек, Юрий Геннадьевич Трофименко, напоминающий доброго дедушку, подробно и обстоятельно на них ответил, успокоил, что назначенные «таблеточки» – это нормально и очень эффективно. Попав к нему в руки, я ощутила невероятное спокойствие, мне кажется, именно так доктора и должны воздействовать на пациентов: лечить не только делом, но и всем своим видом и поведением вселять уверенность в положительном исходе. Меня понемногу стало отпускать, но тут он позвал химиотерапевта. Светлана Евгеньевна Харламова, заведующая отделением химиотерапии – большой профессионал своего дела и шикарная женщина – ворвалась в кабинет энергичной походкой, с порога взяла результаты обследований и заявила, обращаясь к Юрию Геннадьевичу:
– Такая большая опухоль, да у нее, наверное, МТС полно. Надо бы исключить.
– У меня «Билайн», – промямлила я.
– При чем тут «Билайн»? – вскинув брови, спросила Харламова.
В тот момент я не знала, что на онкоязыке аббревиатура «МТС» означает метастазы. Для выбора стратегии лечения необходимо понять, есть ли они или нет, а если есть – увидеть место локализации: печень, кости, мозг. УЗИ, которое делала в РОНЦ, было неинформативно, и меня отправили на КТ.
Опять этот липкий пот страха, иду на исследование, как на Голгофу, опять томительное ожидание в очереди. Я уговорила врачей сделать описание в течение часа, потому что ждать сутки вердикта не было никаких сил.
Только пришла в себя от диагноза «Рак», на пороге перспектива метастаз. Умирать второй раз за месяц это уже на пределе моих возможностей. За стрессом и невероятной злостью, можно даже сказать яростью, как-то сама собой пришла мысль: «Каков бы ни был результат, начну писать об этом в Инстаграм. Пусть он станет моим дневником, будет, что ребенку моему прочитать».
