Судорожными движениями я вытаскиваю коробку и открываю ее. Аккуратно убираю туда скипетр Уас. За эти дни выяснилось, что, несмотря на свой возраст, он очень прочный. Я в последний раз глажу его пальцами. Мне кажется неправильным, что теперь он вновь на долгие годы погрузится во тьму. С другой стороны, если бы не грабители и искатели сокровищ, он бы веками лежал в мрачной гробнице сына Рамзеса.
– Мы должны кому-то сообщить. – Я указываю на мертвеца, сама удивившись тому, что у меня не дрожит голос.
– Ничего подобного мы делать не будем. Разве что тебе хочется впутаться в расследование.
– Но нельзя же просто бросить его вот так, – сопротивляюсь я.
– Мы и не бросим.
Снова присев, Данте кладет ладони на грудь юноши. Занимается пламя. Мне бы стоило отвернуться, потому что жар практически невыносим. Данте не обращает на него внимания, но я улавливаю запах паленых волос и знаю, что это мои, хотя разгоревшийся огонь меня даже не касается. Зажмуриваю глаза от яркого света, а когда снова их открываю, тела больше нет. Джинн встает и отряхивает руки. На пол сыплется прах. Молодого человека, который всего пару дней назад был полон жизни и строил планы, больше нет. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не заорать на Данте. Он не виноват в смерти Адама. Это сделал кто-то другой. Но конечность нашего человеческого существования еще никогда не представала передо мной с такой жестокостью, как сейчас… и это притом, что я не в первый раз имею дело со смертью.
– Уходим, – командует джинн, направляясь вперед. Позади нас раздается неясный скребущий звук, как будто кто-то тащит по полу тяжелый предмет. Все мои инстинкты сосредотачиваются на этом странном шуме, и ледяной ужас, словно тяжелый кулак, врезается прямо в живот.
– Беги, – приказывает Данте, но я не могу пошевелиться, да и куда бежать? Дверь заперта, без него я из архива не выберусь.
Скрежет прекращается, но в темноте вспыхивают две яркие точки. Словно лазерные лучи, они нацеливаются на меня. От последовавшего затем рыка у меня идет мороз по коже, а всего мгновение спустя к нам бросается черный силуэт. Данте швыряет в него огненный шар. Это определенно не Сет. Я вижу нос, похожий на приплюснутую собачью морду. Лицо демона искажается в злобной гримасе, и когда он раскрывает пасть, сверкают четыре клыка. Светящиеся глаза, выпуклые брови, а над ними – козлиные рожки. И лишь в тот момент, когда он их раскидывает, я замечаю еще и крылья. Достаточно одного взмаха, и он приземляется буквально в пяти шагах от нас. Джинн бросает вторую огненную сферу, но поток воздуха от нашего противника попросту ее сдувает. Меня окатывает горячим зловонием, вызывая рвотный рефлекс.
– Твою мать, – бормочет Данте, вопреки обычной чистоте своей речи. – Спрячься где-нибудь.
Следующая воздушная волна настолько сильна, что я отшатываюсь на несколько шагов. И в попытке удержать равновесие врезаюсь в стеллаж. Край какой-то коробки впивается мне в руку. Я стараюсь удержаться, однако лишь роняю ящик с полки. Бесценные артефакты валятся на пол, а я падаю на колени. В ушах звенит от визга и шипения, когда демон атакует Данте. Вспыхивает пламя. Один раз, другой, третий. Я не настолько наивна, чтобы думать, будто способна помочь джинну. Поспешно вскочив на ноги, я просто убегаю с дико стучащим сердцем. Данте лучше справится, если я не буду мешаться у него под ногами. Надеюсь только, что тут не прячутся другие чудовища. Через пару рядов стеллажей я, запыхавшись, останавливаюсь и роюсь в сумочке в поисках мобильника. Повезло, я его не потеряла. Гор должен нам помочь. Я же не могу позвонить в полицию… или могу? Если комиссар – джинн, то он нас прикроет. Раздается новый оглушительный визг, а потом резко воцаряется тишина. Я смотрю на дисплей и вдруг слышу приближающиеся шаги. Здесь, внизу, нет сигнала. Медленно обернувшись на звук, я издаю стон облегчения, когда узнаю Данте. Без единого слова он мягко берет меня за руку и поддерживает.
– Это был пазузу, – объясняет он. – Демон ветров. Судя по всему, он тут нас подкарауливал.
– Один из прислужников Сета?
– Предположительно. Давай уйдем отсюда и дома дождемся Азраэля. Он наверняка уже скоро вернется, – с жутким спокойствием произносит Данте. – Идти можешь? Ты ранена?
Я отрицательно качаю головой.
– Что ты с ним сделал?
– Он получил наказание, которого заслуживал. Демонам запрещено покидать потусторонний мир. Он нарушил закон, и теперь от него остался только пепел.
– Рада слышать, – бормочу я, прижимая два пальца к правому виску. В голове пульсирует боль.
– Дай я, – предлагает Данте. Отводит мою кисть и уже сам прикладывает по два пальца к моим вискам. – Стой смирно, – велит он, а я краем глаза замечаю крошечные язычки пламени. От страха я вздрагиваю, однако на этот раз огонь не горячий, а холодный, и эта прохлада притупляет боль. Дыхание и пульс приходят в норму. – Легче? – спрашивает джинн, убирая руки.
Я киваю, лишившись дара речи от такой способности.
