Рабочий день начался десять минут назад. Наслаждаясь тишиной (плательщики обычно приходили к девяти), Ракитина спускалась на третий этаж. По пути поздоровалась с другими инспекторами и услышала, как в закутке Малютин с кем-то воркует по телефону. Обещает некой «пушистой зайке» незабываемый выходной в торговом центре. Ожидаемо. Кирилл не из тех, кто довольствуется одной подругой.
У Сидровой сидел клиент. Одетый в тёмно-бордовый пиджак, полноватый мужчина походил на криминального авторитета начала девяностых годов. Сходства добавляли обритый череп, татуировки на фалангах пальцев и массивный перстень с чёрным камнем. Казалось, гость в любой момент готов вытащить из сумки для ноутбука пистолет или нож и решить дела без проволочек. Нина видела всякое, но к этому человеку бы не приблизилась на пушечный выстрел.
— Подойти позже?
— Что там у тебя?
— Справка на подпись и объяснительная.
— Оставляй, — женщина достала из футляра очки, — зайдёшь после обеда. Я зачитаю Лунько объяснительную, и втроём мы поговорим о твоём поведении, пора принимать меры, — протёрла стёкла салфеткой, — ты отработала список должников?
— Нет.
— Так иди и займись делом.
Бритый ухмыльнулся.
— Егор Евгеньевич, на чём мы остановились? Да, вспомнила, ваше предложение я нахожу очень интересным, разве что один момент смущает…
«Вам бы своё поведение пересмотреть», — думала Ракитина, закрывая дверь в кабинет.
Не дай бог, пришлёт этого «красавца» на консультацию! Прекрасно видел, в каком тоне заместитель начальника фонда разговаривала с подчинённой! Как добиться уважения, если третий по влиянию человек при клиенте «сравнял» Нину с землёй? Если руководство ни во что не ставит, как добиться уважения плательщика?
На этаже по-прежнему царила тишина. Щёлкнула дверь, из туалетной комнаты вышла Дарья Сазонова. Коллега Ракитиной, она обладала покладистым характером и находила общий язык с любым человеком, но никогда не позволяла собой манипулировать. Однажды Нина разносила по инспекторам подписанные документы и стала свидетелем подобного разговора. Бухгалтер банка «Обновления и Развития», известный среди специалистов взрывным характером, требовал, чтобы Дарья приняла отчётность с ошибками. Мягко, с улыбкой, девушка зачитала абзацы из закона, по которому работали специалисты, передала протокол ошибок и посоветовала обратиться в специальные конторы, если плательщик сам не в состоянии рассчитать суммы. Бухгалтер ушёл в молчании, а Нина до глубины души была поражена выдержкой Сазоновой.
— Даша, это мужской туалет, — инспектор покосилась прибитую к двери букву «М».
— Всего-навсего руки сполоснула, — девушка показала флакон жидкого мыла, — правда, дыхание пришлось задержать. Кто виноват, что у нас на этаже удобства только для мужчин? Маячить перед кабинетом Сидровой не очень хочется, правда?
— Правда, — пальцами Ракитина причёсывала рыжие локоны, — ещё нарвёшься на очередное срочное задание.
— Я слышала о Слепцовой, — Даша понизила голос, — мерзкая дама.
Нина вздохнула. Весь отдел судачит о жалобе.
— Постарайся выбросить её из головы, — она улыбнулась, — я сегодня чай ароматный принесла, с цветочными лепестками и фруктами. Пока людей нет, давай попьём? В шкафу, кажется, овсяное печенье осталось. Сразу настроение поднимется.
— Давай.
— Тогда я вскипячу чайник и напишу тебе по внутренней связи.
— Спасибо.
— Не за что.
Да, среди других инспекторов Нину бы поддержали только Даша да Инесса Владимировна, дама старой закалки, не терпящая грязи в работе и отношениях. Остальные бы расшаркивались на манер фрейлин императорского двора и с ложечки кормили, ради щедрой-прещедрой благодарности.
Малютин расшивал документы по наблюдательным делам, а Кащеева тихо беседовала с клиенткой. Женщина обернулась, и Нина мысленно ругнулась. Помянула чёрта на свою голову. Анна Григорьевна, собственной персоной.
— Я внимательно разобралась в вашей проблеме, — сладким голосом вещала Ольга Николаевна, — и, знаете, любую неприятность можно решить.
— Рада встретить понимающего человека. Надеюсь, ваша компетентность окажется выше, чем у девушки напротив.
Последнее Слепцова произнесла громче, чтобы расслышали все.
— Всё ради важнейших клиентов.
— Вы меня понимаете.
Схватив кружку, Нина поспешила в коридор. Только бы не слышать обмена любезностями! «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку». Наверняка Крылов сочинил басню после общения с подобными людьми. Но ведь остались в мире вещи, которые не купишь ни за какие деньги!
На дне чашки засох осадок вчерашнего кофе. В изгибах гущи почудились каркнувшая ворона и паук с раскинутыми лапами, точно замер посередине паутины. Нина не зала, к чему это, да и не собиралась спрашивать. Ерунда всё это. Гадания и суеверия придумали те, кто боится ответственности и перекладывает решение проблем на некие «высшие силы». Пока Даша не позвала на чай, надо бы помыть.
