После того как Луна расправилась с отродьем Океана Душ, она перевела взгляд на Краснова, и ненависть сменилась удивлением.
Корабельный дух присмотрелась к бывшему человеку. Похоже, это был он, но в нём что-то изменилось. У Луны такая ситуация была не впервые. Демоны множество раз принимали облик Краснова и Марии, чтобы ментально сломить машинный дух. Но этот раз отличался. От фигуры человека не исходило варп-заражения, зато ощущалось нечто другое — многомерный золотой свет, который, как бы парадоксально это ни звучало, был одновременно знакомым и незнакомым. У людей это чувство называется дежавю. Дух корабля испытывал его ещё во время варп-перехода, но тогда это не казалось ей важным.
Луна издала вой, содержащий вопрос:
— Ты Дмитрий?
Краснов нервно кивнул. Он не знал, как начать разговор, потому что чувствовал свою вину за произошедшее. Однако, помимо вины, он испытывал страх за своих сыновей, поэтому нужно было говорить.
— Здравствуй, Луна. Прошу, скажи, что мои сыновья живы.
Одноглазый кит медленно кивнул, продолжая изучать бывшего человека. Он не мог понять, какие именно изменения с ним произошли.
— Слава Богу… Прости меня, Луна. Я не знал, что всё обернётся так плохо… Но теперь, с этой силой, мы очистим твоё тело от варп-заражения.
Луна издала вой, в котором бывший человек услышал вопрос.
— Что это за сила?
— Сам бы хотел знать… Тот, кто дал её мне, упомянул, что я чем-то за неё заплачу. Одно могу сказать точно: эта сила точно не связана с Варпом. Скорее, является его противоположностью. Да и важно ли это сейчас? Без неё мы будем очень долго очищать судно от варп-скверны. А учитывая, что Механикус теперь точно знают наше местоположение, это будет фактически смертным приговором…
Хотя машинному духу и хотелось докопаться до правды, обстоятельства диктовали свои условия. Она потом обязательно изучит бывшего человека, но сейчас надо действовать быстро. Ведь Дмитрия не было достаточно долго…
Воспоминания о безнадёжном сопротивлении и пытках отразились на настроении одноглазого кита. От неё бывший человек почувствовал смесь эмоций: гнев, ненависть и обиду. Последнее частично касалось и Краснова из-за его долгого отсутствия. Дмитрий понимал эти эмоции и догадывался об их истоках. Прежде чем начать действовать, необходимо было разобраться с этим внутренним надрывом — не только потому, что это правильно, но и потому, что враги обязательно воспользуются психической уязвимостью духа в своих целях. В конце концов, эмоции — их стихия.
Да, бывший человек должен разобраться в том, что здесь происходит. И для начала необходимо узнать…
— Луна, сколько меня не было?
Дух корабля ненадолго отвлёкся от своих мыслей, чтобы ответить:
— Три года…
В это же время в Пропасти
Даст возглавлял смешанную боевую группу, состоящую из возвышенных мутантов и людей из банды своего собутыльника и друга Ларссона. Сам легендарный алкаш возглавлял другую группу, двигавшуюся с противоположного направления, но к той же цели. Таким образом, они намеревались ударить с двух сторон одновременно.
Они направлялись к бывшему храму Луны, а ныне — штаб-квартире Бартоломью, бывшего союзника Краснова, а теперь одного из самых презираемых свободных капитанов на станции.
Когда три года назад связь с «Луной» была потеряна и все роботы одновременно выключились, Дасту какое-то время удавалось поддерживать порядок среди возвышенных мутантов. В конце концов, он был их неформальным лидером и обладал внушительной физической силой. Но приток оборудования на продажу прекратился вместе со связью, а значит, исчезли и новые деньги.
Конечно, бывший человек оставил им немалый запас на чёрный день, но он был далеко не бесконечным. Мутантам пришлось в экстренном порядке учиться существовать самостоятельно и вникать в новые реалии.
Тут-то и вмешался так называемый союзник. Какое-то время он выжидал, не будучи уверенным, вернётся ли Краснов. Но как только понял, что этого не случится, под предлогом помощи он наводнил убежища своими людьми и «обеспечил защиту» от множества мелких банд Пропасти, которые подозрительно часто стали появляться рядом с владениями мутантов.
Взамен он забрал неработающие универсальные единицы и потребовал выполнения определённой работы.
Поначалу Даст был доволен. Предложение Бартоломью решало все проблемы и одновременно интегрировало мутантов в общество станции через общение с людьми свободного капитана.
Но вместе с людьми к ним проникли и их пороки: наркотики, алкоголь, бесконтрольные половые связи и бандитизм, обеспечивающий лёгкие деньги и делающий первые пункты ещё доступнее.
Даст тогда принял это как неизбежное зло. В конце концов, как он мог судить других, если сам не прочь был выпить? Но в отличие от него большинство мутантов не контактировали с обитателями станции и не были готовы к тому, во что их втягивали.
