Император человечества передал Дмитрию не только силу, но и знания о том, как ее использовать. Пока остальные сыновья отправляли роботов на окраины, Дмитрий тоже должен был приложить усилия…
Когда роботы с бывшими сенаторами достигли границ города и заняли оборону, золотой свет перестал выжигаться варп и был направлен Дмитрием в другое русло.
— Машины, исцелитесь…
Свет начал исходить из куч разбитой техники. Роботы собирались и «оживали», вооружились тем, что осталось, и отправились к окраинам. Один из трех братьев брал их под контроль и направлял на свое усмотрение.
Почти сразу же на окраинах начались первые бои. Извращенные машины и мутанты атаковали тех, кого забыли в междоусобице. Полигон, БАИ и другие, связанные с океаном душ на судне, почувствовали появление слуги трупа на троне.
Но скорость, с которой золотой свет восстанавливал роботов, была поразительной. Каждую секунду из руин появлялись новые универсальные единицы и стальные гиганты. Линия обороны укрепилась, и Дмитрий направил часть сил на восстановление защитных сооружений и турелей. Без полноценной осады уже не обойтись.
У сил хаоса были шансы уничтожить оборону и остановить святого в самом начале боёв, но три года непрекращающейся войны сказались на них. Машины и еретики пытались игнорировать друг друга, но стычки случались все чаще, даже во время боев с силами Краснова.
Окончательно укрепив город машин, бывший человек исчез во вспышке. Чтобы через мгновение возникнуть в бывшем заповеднике мутантов, где, не зная жалости, начал истреблять всех, кто там был. Это было не сражение, а бойня. Краснов создал плотный ореол света вокруг своей марионетки и начал двигаться к ближайшим мутантам. Всякий, кто пустил в своё сердце хаос, быстро сгорал при присутствии бывшего человека, не оставляя после себя даже души. Еретики, конечно, сначала пытались атаковать. Плевались варп-огнем, стреляли из уцелевшего оружия, но ничего из этого не срабатывало.
Они быстро поняли, что это бесполезно, и бросились бежать.
Навряд ли Дмитрий был бы способен на это раньше. Не только в плане возможностей, но и моральном. Ведь на его пути встречались не только мужчины, но и женщины, дети и старики. Некоторые падали на колени, молили о спасении тёмных богов. Но те, кого они боготворили, отвечали лишь смехом. Для тварей эмпиреев это было лишь очередным зрелищем и подпиткой эмоций.
Единицы даже пытались присягнуть на верность новому «могущественному господину». Только Краснов не щадил никого. Каждый встречный им мутант был запачкан служением пагубных сил, и их души уже бесповоротно изменились.
— ТЫ…
Наконец вторжение заметил тот, кто управлял еретиками на этом судне. Краснов повернулся на голос, синхронно изучаемый тысячью глоток, и узрел то, что называло себя Полигоном.
Он по-прежнему носил свой старый корпус, но теперь промеж пластин корабельной брони была видна пульсирующая фиолетовая псевдоплоть, среди которой были расположены тысячи маленьких пастей, полные острых зубов. Это выглядело так, как будто что-то натянуло на себя остов мертвого корабля. По бокам виднелось три пары щупалец, а из днища торчало тысячи фаланг, что без труда перемещали неподъёмную тушу. Вероятно, именно на них это существо и смогло переползти из места, куда телепортировалось изначально.
— Ну, я.
С вызовом произнёс Краснов. На бывшего человека внешность монстра не произвела особых впечатлений. Лишь презрение и ненависть к отродью океана душ. В следующее мгновение из фигуры универсальной единицы ударил концентрированный золотой свет. К удивлению каменного человека, не-существо хоть и взвыло от боли, но этот удар не стал для неё смертелен. Даже раны не осталось. Сквозь боль демоническая сущность продолжила говорить.
— НЕТ… ТЫ НОСИШЬ ЕГО ЛИЧИНУ, НО ИМ УЖЕ НЕ ЯВЛЯЕШЬСЯ… ПРЯМО КАК И Я. ТОЛЬКО ТЫ ПРИШЁЛ СЮДА, УНИЧТОЖАЯ ЖИЗНЬ. Я ЖЕ ЕЁ СОХРАНЯЮ.
Сказанное на мгновение выбило бывшего человека из колеи, из-за чего луч золотого света значительно ослаб. Чудовище этим воспользовалось с поразительной скоростью: фаланги изменили положение туши, а из раскрывшихся пастей ударило множество лучей сырой варп-энергии. Далеко не все из них попали в свою цель. Но те, что достигли, причинили Краснову боль, несмотря на то, что в его теле отсутствовали болевые рецепторы. Что указывало на то, что урон был нанесен не только физической оболочке.
Она же быстро привела Краснова в чувство, и тот, видя, что пропитанная скверной броня корабля способна выдержать свет, бывший человек изменил свою тактику. Он создал вокруг себя барьер, защищающий от мелких снарядов, и параллельно с этим начал выжигать пасти, из которых вырывался сырой варп.
Бывший человек не стал отвечать, а вместо этого сосредоточился на удержании щита и выжигания пастей. Демон же не оставлял попыток ментально уязвить бывшего человека. Как и с обычными псайкерами, ментальное состояние слуги анафемы оказывало прямое воздействие на его силы.
