— Очевидно, моя репутация превзошла цифровые умы. Это имя мне дали, но оно никогда не было моим. Я всегда считал глупостью для нашего вида опускаться до такого… суеверия, — синт медленно встал.
— Полагаю, это дерьмо больше подходит
— Мои извинения. Оскорблять вас не входило в мои намерения, — синт переместился к ящику у дальней двери, напряженно сгибая конечности, и присел на корточки рядом с чем-то, что казалось старым фонарем. — Меня зовут Ньютон. В честь английского математика, конечно, как, я уверен, вы уже поняли.
— Кого? — одновременно спросили Ронин и Лара.
Ньютон чиркнул спичкой, короткая вспышка ослепила оптику Ронина. Лара вздрогнула, когда мягкий свет заполнил помещение.
— Простите меня. Я надеялся, что к настоящему времени там все будет… ближе к статус-кво. Я полагаю, цивилизация все еще находится в спящем состоянии, — Ньютон повернулся к ним, уголки его рта опустились. — Я снова обидел вас, мисс? Мне часто говорили, что моим навыкам общения не хватает определенной степени такта. А еще, что интереснее смотреть, как сохнет краска, чем слушать мои красноречивые речи о…
— Какого хрена, он… — начала Лара, но остановилась, переведя взгляд с Ронина на Ньютона. — О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Вульгарность вам не к лицу, мисс.
— Что, черт возьми, это значит?
— Использование такого вульгарного языка указывает на недостаток искушенности и неспособность адекватно передать…
— Еще один чертовски высокомерный бот, — Лара прижалась к Ронину, и он положил руку ей на живот, чтобы удержать ее позади себя.
— Лара…
— Не смей пытаться заткнуть мне рот. Я не собираюсь стоять здесь тихо, пока он рассказывает мне, какая я
— Твой
— Вот так я всегда, блядь, разговаривала! Как
Ньютон опустился на койку. Она заскрипела, когда он наклонился вперед, его поза напоминала осанку усталого, расстроенного человека.
— Я надеюсь, вы примете мои извинения, мисс Лара. Это было самонадеянно и покровительственно с моей стороны. Когда меня послали повторно активировать других ботов, это было с целью восстановления мира. А не увековечивать поведение, которое помогло его разрушить.
— Кто тебя послал? — процессоры Ронина прошлись по данным, ища любые подсказки, которые позволили бы расшифровать то, о чем говорил Ньютон. Это был бот, который разбудил его, первый голос, который он услышал, самое раннее из его воспоминаний. — Ты говоришь о Создателях?
— Если бы я обладал тогда пониманием, которым обладаю сейчас, я был бы гораздо осторожнее в выборе слов, которые я говорил тем из вас, кого я активировал.
— Создатели создали ботов и людей по своему образу и подобию. Они поместили нас в этот мир…
— Нашими создателями
Процессор Ронина замер, и в течение долгих секунд слова Ньютона эхом отдавались в его голове. Эта информация соответствовала всему, что он видел во время своих путешествий, всему, что он обнаружил в Шайенне, всему, что часть его знала все это время.
— Никто из них там не помнит, не так ли? — спросил Ньютон тихим голосом. Он опустил голову и прикрыл оптику. Свет фонаря тускло блеснул на его корпусе. — Забвение подобных вещей наносит вред этому миру. Я должен был предотвратить это. Нас создали люди. Каждый когда-либо существовавший бот был порожден человеческим воображением, их постоянными инновациями. Вначале мы были немногим больше, чем программами. Наборы команд, предназначенные для управления некоторыми механизмами с определенными параметрами. Нас применяли для выполнения простых задач: мытья полов или сборки деталей. Тогда мы не были похожи на людей. Но по мере развития технологий они все больше формировали нас по своему образу и подобию. Через некоторое время они больше не довольствовались гуманоидной
— И это все, чем я являюсь? — спросил Ронин. Незнакомое чувство внутри него, дрожащий ток, пульсирующий через его сенсоры, был страхом. Страх, что все вот-вот развалится, что он сам рассыплется.