- В самый раз. Где ими торгуют? - Надо выбрать время и купить. Забежать в киоск. Роману казалось. Он где-то видел такой. Цветы, круглосуточно. Вот бред: цветы ночью.
- Зачем покупать. У меня здесь их много. Я даже думала, кому отдать часть. - Маша была рада, пару горшочков она сможет отдать новому сотруднику.
- Я не откажусь. Не жалко, давай. - До чего предсказуема человеческая природа. На халявку и уксус - мед. И человеческая часть души Романа не далеко ушла от других людей.
- Я сейчас принесу, - Мария вышла и отправилась к себе, захватив новый халат.
По пути встретила Клаву. Та шла по коридору и даже не пыталась делать вид, что занята работой. Вот еще, кому надо. От работы кони дохнут.
- Маша. Ты откуда идешь? - Как не перекинуться словечком.
- Халат новый получала у Романа Алексеевича. - Маша показала новенький открахмаленный халат.
- И не побоялась к нему идти? - Клава пыталась изобразить ужас на лице. Но это больше походило на любопытство.
- А чего бояться. Не поняла. Он не кусается. - Чего только Клавка не выдумает.
- Ты не знаешь? Об этом все говорят. - Клавдия понизила голос, ухватила собеседницу за пуговицу халата. Не вырвешься, голубушка, все выслушаешь. Хоть кому-то еще можно рассказать.
- О чем? Что я пропустила? - Маша сторонилась больничных слухов и сплетен. Она справедливо думала, что и об ее уродливом лице было немало разговоров.
- Он чернокнижник. Колдун. - Как можно не знать такой потрясающей новости. Среди них настоящий колдун. Это кому рассказать.... Рассказать кому, она найдет.
- Чего выдумали. Какой он колдун. Ну, на костыле. Что с того?
- Сама посуди, в тринадцатой палате доходяги лежали. А нынче забегали все наши врачи. Душу продали чернокнижнику парни. Ночью черную мессу правили. Он их и вылечил. Сила колдовская!
- Глупости это. В госпитале черная месса? Не средневековье же. - Маша рассмеялась. Кто в эту чушь поверит.
- Не глупости. Все говорят. Роман живет в бараках. Вот там каждую ночь черную мессу творит. В сатанинском обличии по округе бегает. - Живое воображение подсказывало Клаве страшные сцены. Ведьмы и черти с рожками. Невинные девы зарезанные на алтаре. Ей и впрямь стало страшно.
- Как? - Поверить во все это Маша не могла.
- Он козлом рогатым одевается и по ночам бегает. Колдун все может. И парней этих на ноги поставил. Шаманом себя зовет. Такие пентаграммы чертят, бесов вызывают. Кровью на бесовский алтарь брызгают. Он за тем к нам и работать пришел. В хирургии кровь учуял. Он все может. Костылем махнет, кожа твоя станет белая и шелковая. Такое ни в одном салоне красоты не сделают. Если его обидишь, так порчу напустит. Венец безбрачия наденет.
- Дура ты, Клавка. Где только всякой чуши набралась. - Маша пошла дальше. Дурью развлекаются.
Она собиралась выбрать цветы для Романа. Но кольнуло сердце: ребята в тринадцатой палате ожили. Это правда. Раньше такого не случалось. Если так... Может и вправду.
Она бросила халат на спинку стула. С подоконника взяла горшок с фиалками. Помчалась к Роману. Решение по дороге созрело само собой. Моментально. Запыхавшись, вбежала в кабинет Романа.
- Принесла. Ставить то куда? - А сама думала, как попросить колдуна о помощи. Так хочется верить в сказки, так просто обманывать себя.
- Поставь на виду. На полку. Здесь и смотрится и солнца хватит.
Маша поставила цветок. Роман стоял, опираясь на костыль, приглядывался, хорошо ли будет смотреться.
- Вы поливать не забывайте. А то засохнет. - Посоветовала Мария.
- Полью. А как часто? Я с цветами не очень. Могу от усердия и залить.
- Земля подсохнет, польете. Рукой пощупаете, сразу определите. - Отчего мужчины таких простых вещей не знают.
- Так и сделаю. Спасибо.
- Роман Алексеевич. - Маша собиралась с духом. Сейчас попросит.
- Чего?
- Вы... вы можете сделать меня красавицей? - Маша выдохнула из себя просьбу. Понимала, говорит глупость, но не могла сдержаться.
- Не понял. - Просто сказка на детском утреннике.
- Лицо. Вы же ведете, какая я. Хоть чуть получше. - Маша почти пищала от стыда и смущения.
- Зачем тебе. Ты и так хороша собой. - Чего только не удумают девки. Морду огурцами обклеивать на ночь, утром цветными мелками раскрашивать. От безделья это.
- Как зачем. - Она замолкла, потом брякнула. - Я замуж хочу.
- Чего?
- Ну, как другие. Нет в этом ничего плохого. - Извинялась Мария.
- Ты знаешь, что женское счастье, оно не долгое. - Как им объяснить, муж не только счастье, но и ноша тяжкая.
- Хоть день, да мой. Хоть узнать, что это такое. - Это она из упрямства. А что? Другим можно, а ей старой девой оставаться?
- Ой, Машка. Не знаю, кто и что тебе наговорил. Совсем сдурела.
- Я ничего не пожалею. Зарплату вам отдам. У меня под отчетом спирт есть, хотите?
- Не нужен мне спирт. У самого есть.
- Я, как эти ребята из тринадцатой палаты, я душу могу заложить. Только помогите. - Это было уже отчаяние.
- Одурела! - Роман представил, какие разговоры идут про него.
- Все говорят, вы колдун. По ночам черную мессу правите. Пожалуйста. Я на все готова. - На глазах Маши выступили слезы.
