— Ты пришел поохотиться на солдат Ара, не так ли? — спросил один из собравшихся, вдруг приставив свой нож к его подбородку.
— Да, — не стал отпираться парень, но подбородок немного приподнял, по-видимому, острие слишком сильно кололо его.
— Но вышло так, что это Ты попался нам, и теперь стоишь здесь связанным, — заметил другой.
— Кажется охотник, стал тем, на кого охотятся, — усмехнулся третий.
— Ага, добычей, — прокомментировал четвертый.
— Меня взяли не вы! — презрительно бросил им парень.
У многих из присутствующих руки дернулись к рукоятям мечей.
— Но любой из них мог бы это сделать, — заметил я.
— Возможно, — признал Хо-Тенрик.
Это признание, по моему мнению, казалось одним из первых разумных ответов, который мы услышали от этого юнца.
— А ведь здесь поблизости должны быть и другие, — осенило одного из мужчин.
— Не исключено, — признал его правоту другой.
— Тогда давайте разденем этого и используем его в качестве приманки, — предложил первый, — свяжем, заткнем рот и подождем, когда они придут его выручать.
— Правильно, — кивнул второй, — вот тогда мы сможем перебить их всех.
— Нет у нас на это времени, — проворчал тот, что держал нож у подбородка парня. — Проще порубить его на куски и развесить по веткам, в качестве предупреждения его сородичам.
Парень, вполне оправданно, заметно побледнел, услышав эти несколько зловещие предложения. Признаться, я был рад, что не оказался на его месте.
— Капитан? — спросил один из мужчин.
— Я думаю, — отозвался Лабений. — Я должен все обдумать.
— Проверьте пикеты, — посоветовал я Плинию. — Пусть смотрят внимательнее. Вдруг здесь действительно есть другие группы.
Один из мужчин кивнул и оставил нас.
Бросив взгляд в сторону Ины, я отметил, что она, по-прежнему стояла на коленях, на том же самом месте, где и была, но ее колени были плотно сжаты. Думаю, она была изрядно напугана происходящим, так что я не стал выговаривать ей за это.
— Полюбуйся пока на небо, парень, — порекомендовал ренсоводу тот что держал нож.
Кстати, небо сегодня, подсвеченное лучами клонящегося к закату солнца, действительно было очень красиво. Юноша с трудом сглотнул слюну.
Спустя несколько енов появился тот солдат, который уходил проверять пикеты.
— Не замечено даже признаков кого-либо, — доложил он. — Похоже, парень пришел в одиночку.
— Жаль, — протянул один из солдат. — А могли бы прикончить больше, чем одного из этих негодяев.
— Выкинь из своей головы все мысли даже о попытке побега, парень, — посоветовал тот, который рекомендовал смотреть в небо.
— Я подумал, — объявил Лабений стоявший неподалеку от нас, рядом с деревом, и мы все дружно повернулись в его сторону.
Капитан спокойно протянул руки к дереву и почти нежно коснулся его ствола. Он казался тихим, почто робким. Мы все были несколько озадачены его неподвижностью. Затем, внезапно, в какое-то незаметное глазу мгновение, его лицо оказалось искажено гневом, из горла вырвался крик, в котором не было ничего человеческого, лишь одна животная ярость. Пальцы, словно когти, врезались в дерево, и вырвали с обеих сторон ствола кору с приличными кусками древесины. В разные стороны полетели опилки и защепленные волокна. На мгновение мне показалось, что еще чуть-чуть и Лабений превратится в бешеного слина.
— A-а-а! — ошеломленно закричал юнец и, шарахнулся назад, прижавшись ко мне спиной.
Впрочем, даже многие из нас среагировали подобным образом, и это притом, что мы уже кое-что знали о силе Лабения и его странных практиках. Чего уж там, все присутствующие, и я в том числе, были напуганы увиденным. Проведя бок о бок со своим капитаном столько дней, до сего момента мы еще не до конца осознавали, на что он был способен. Эффект же, произведенный на увидевшего такое впервые парня, бывшего среди нас и вовсе незнакомцем, был заметен невооруженным взглядом. Белое как полотно лицо, ошарашено выпученные глаза, гусиная кожа по всему телу. Впрочем, я думаю, в тот момент многие из нас выглядели немногим лучше.
Сделав это Лабений, замер. Это было какое-то странное оцепенение. Мужчина стоял, вытянув перед собой серые изуродованные руки, больше похожие на крючья, или на железные когти, нацеленные на дерево перед ним. Затем Лабений, повернулся к нам лицом, вперив в нас свои белесые, невидящие глаза.
— Капитан? — осторожно окликнул его один из его солдат.
— Вот нож, Капитан, — сказал тот, что уже давно покушался с этим ножом на жизнь Хо-Тенрика. — Мне раздеть пленника?
Пленников и заключенных на Горе зачастую держат раздетыми. На то есть много самых разных причин. Например, таким образом они выделяются на фоне остальных и легко могут быть опознаны как пленники или рабы. Это помогает им понять, что теперь они находятся во власти других. И что немаловажно, на голом теле невозможно скрыть оружие. Разумеется, многое зависит от контекста. Некоторые гореанские рабочие, например, работают обнаженными, или почто раздетыми. Нагота, считается вполне нормальным явлением в спортзалах, на спортивных площадках и термах.
— Нет, — остановил его Лабений. — Не надо. Оставь ему одежду.
