Неизвестно точное количество инсультов, которые перенес выдающийся хирург, судя по всему, их было больше одного. В некоторых статьях[104] есть информация, что первый инсульт разбил его, когда он провожал гроб сына на кладбище. И после этого «о том, чтобы продолжить работу, не могло быть и речи». Действительно, в последние два года жизни состояние Склифосовского было тяжелым, он с трудом передвигался без посторонней помощи. Воспоминания Ольги Склифосовской-Яковлевой начинаются такими словами: «Был 1902 год, когда я со всеми вами пятью проводила мое первое после замужества с 1886 года и последнее лето в Яковцах у вашего дедушки — моего отца Николая Васильевича Склифосовского. Он был уже болен, не мог много ходить и вы возили его в кресле по фруктовому саду и парку, а он вам все объяснял».
Но здесь мы видим 1902 год, а вовсе не 1890-й, когда (вероятнее всего) умер Владимир, и даже не 1900-й. Как раз в 1902 году Николай Васильевич в связи с тяжелой болезнью, инсультом, подал прошение об отставке, покинул Петербург и поселился в своем родовом имении Яковцы под Полтавой, где и жил до самой кончины.
Возможно, все-таки тот самый, роковой инсульт по дороге на кладбище случился на похоронах другого сына — Константина? Врач Владимир Павлович Арсеньев в своих воспоминаниях называет смерть Владимира первой в череде несчастий, обрушившихся на семью знаменитого хирурга. К сожалению, точных сведений нет. В этом месте биографии нашего героя сталкивается множество историй и версий. Например, на сайте «Полтава историческая»[105] неудачливым убийцей губернатора, трагическим персонажем, разбившим сердце отца, выступает не Владимир, и даже не Константин, а Александр, который, по другим версиям, сгинул в Гражданской войне. Автор статьи, наш современник, ссылается на рассказ местного жителя, предок которого, возможно, видел живым самого Склифосовского.
«Элегическая песнь» П. И. Чайковского для фортепиано, посвященная сыну Н. В. Склифосовского Владимиру.
И с крестьянской школой, построенной безутешным отцом в память о Володе, упоминание о которой часто встречается в биографических справках, тоже не все однозначно. Некоторые авторы приписывают ее памяти не Володи, а Бориса, умершего в младенчестве. А Ольга Склифосовская-Яковлева пишет, что школу ее отец построил еще в 1870-х, в самом начале своей жизни в Яковцах, то есть точно до этих семейных несчастий. Возможно, речь шла о какой-то другой школе. По дате подходит Художественно-промышленная школа им. Н. В. Гоголя, основанная в Миргороде 1 ноября 1896 года. Ее открыли при поддержке и по решению Полтавского губернского земства, к которому Склифосовский имел некоторое отношение. Он мог продвигать идею о ее открытии и содействовать ему. Но при чем тут «имени умершего сына»?
Удивительно: дело происходило сравнительно недавно, архивы сохранились. Существуют письма, написанные Николаем Васильевичем в этот период. Но ни одно из них не только не проливает свет на тайну, но даже и не затрагивает этой темы.
В отличие от пространных писем того же Петра Чайковского, подробно описывающего свои чувства и переживания по разным поводам, эпистолярный стиль нашего героя скуп и краток. Все в его письмах, по существу, и кажется, будто кроме работы и связанных в ней вещей мало что вообще волновало этого человека. Совершенно похожим образом не раскрывает своих эмоций и его дочь, хотя в ее воспоминаниях много интересных деталей, описанных вполне литературно. Видимо, так было принято в семье Аристократа, всегда безупречно застегнутого на все пуговицы. Поэтому эмоциональный мир нашего героя остался закрытым для последующих поколений. То, как выдающийся врач воспринимал жизнь, больше угадывается не в его письмах, а в поступках, а также — в легендах и воспоминаниях о нем.
Так или иначе, в начале 1890-х Склифосовский еще был очень далек от завершения своей профессиональной деятельности, закончился лишь блестящий московский период с клиническим городком. Николаю Васильевичу не довелось как следует попользоваться плодами своего титанического труда: уже в 1893 году он был назначен директором Клинического (Еленинского) института для усовершенствования врачей в Санкт-Петербурге, где и прошел последний период его активной хирургической, научной, педагогической и общественной деятельности.
