Сколько стоит твоя смерть полностью

На такую удачу я и рассчитывать не могла. Честно говоря, меня начало утомлять мотание по местным инстанциям в одиночку. Каждый раз, когда я еду за границу, все отлично организовано, и мне самой не приходится практически ничего делать – я следую по маршруту, тщательно выверенному устроителями той или иной конференции, не заботясь о том, чего им это стоило. Я никогда сама не заказывала номер в отеле и не договаривалась о встречах с официальными лицами в чужой стране. Это тяжело, особенно когда не знаешь местных обычаев и условий. Просто здорово, если Тахир возьмет на себя часть трудностей!

– Подождите полчаса, – сказал он, и это прозвучало не как просьба, а как самый настоящий приказ.

Покорно устроившись на плетеном стуле в коридоре, я принялась через открытую дверь наблюдать за двориком, где играли дети. Обычная игра, за которой частенько можно застать ребятишек в любом городе мира. Вернее, раньше можно было застать, так как теперь большинство ребятишек предпочитают сидеть по домам, уставившись в экран компьютера, и резаться в онлайновые игры или «зависать» в соцсетях. Здесь же, на Мадагаскаре, детвора проводит на улице большую часть жизни, как и положено, и это, возможно, плюсы отсутствия высоких технологий.

Но вот появился Тахир, и я поднялась.

– Мой мотоцикл… – начал он.

Но я перебила:

– Нет, поедем на машине: меня ожидает гид.

– Значит, прошлая поездка вас не устроила? – нахмурился он.

– Дело не в этом, а в том, что Андрэ на меня работает и я обязана обеспечить его работой, чтобы он мог получить свои деньги. Если я каждый раз буду отсылать Андрэ домой и говорить, что его услуги больше не требуются, то лишу гида заработка.

Выражение лица Тахира смягчилось: видимо, он счел высказанную мной причину достаточно важной. Мы погрузились в авто под любопытным взглядом Андрэ, которому я представила Тахира как друга моего покойного мужа, и доктор назвал адрес лаборатории. Здание, где она располагалась, – кирпичный домик под крышей из металлочерепицы – нисколько не походило на подобные учреждения в России или Европе, однако за неимением альтернативы я решила, что и это сойдет. Тем более что главное – не экстерьер или интерьер здания, а оборудование. Весь процесс занял около часа. Старший лаборант Марсель, огромный черный мужик с «моджахедовской» бородищей, пообещал, что результат будет через два дня, самое позднее.

Затем Тахир вернулся в больницу, а Андрэ удалось-таки соблазнить меня на поездку в парк лемуров. Я обожаю животных, но из-за частых командировок не могу себе позволить завести ни собаку, ни даже птичку, ведь любому живому существу, как ни крути, требуется не только уход, но и общение. Поэтому я, несмотря на тяжесть на душе, вняла предложению гида развеяться. Честно скажу, ни на секунду не пожалела! В туристической брошюре я читала, что самые лучшие парки-заповедники на Мадагаскаре – Монтань-д’Амбр и Цинги-де-Бемараха, но они находятся далеко от столицы, в разных концах острова, а потому тот факт, что под боком имеется неплохая альтернатива, приятно согрела мне душу. Правда, территориально парк лемуров все же расположен за пределами города, поэтому без машины добраться туда было бы проблематично.

К сожалению, самых крупных лемуров, индри, нам с Андрэ в тот день увидеть не удалось, зато нам попалось семейство похожих на лисичек маки, весело скачущих по деревьям в поисках спелых плодов. Видели мы и толстопятого лори с потрясающим взглядом боксера, побитого на ринге: вокруг его огромных глаз мех черный, как синяк, а неповоротливость зверька только усиливает впечатление. Мальгаши считают лемуров священными животными. Существует легенда, что раньше они были людьми, а потом, живя в лесу, обросли шерстью и превратились в животных. Встречая лемура в лесу, местные охотники вежливо здороваются с ним, а случайно попавших в капкан зверей выпускают на волю. Андрэ рассказал, что на Мадагаскаре водятся мангусты, главные истребители змей, но их мы не видели. Зато повсюду летали красивые зеленые попугаи. В давние времена на острове жили эпиорнисы, гигантские птицы, и рост их достигал пяти метров. О них упоминал Марко Поло в своей знаменитой книге. Яйцо эпиорниса, по свидетельствам очевидцев тех лет, по объему равнялось ста пятидесяти страусовым, и мальгаши делали из них сосуды, вмещавшие по восемь литров воды!