– Королева Эллен сообщила, что будет у меня не в полдень, а в час дня, так что время переговорить у нас есть. Кстати, я очень рад, что вы живы и здоровы – увы, Крис, но тебя уже всюду ищут.
– Тео уже рассказал... – вздохнул Крис.
– Кстати, молодые люди, вы меня удивили... – продолжал граф. – Я вначале и не понял, когда мне сообщили, что нам привезли рыбу, которую я будто бы заказывал через хорошего друга своего сына. Слава Светлым Богам, до меня быстро дошло, в чем тут дело. А когда рыбак передал мне еще и твою записку, то я сразу же послал в указанное место Тео. Надеюсь, у вас все прошло без проблем?
– Да.
– А бумаги?
– При нас...
В этот момент в дверь постучали и граф, чуть поколебавшись, кивнул нам:
– На всякий случай спрячьтесь за занавеси у окна. Там небольшая ниша, и со стороны вас никто не заметит. Сейчас, скорей всего, пришел слуга, но с ним может быть кто-то из тех, кто занят подготовкой помолвки, и не надо, чтоб они вас видели.
Вообще-то нам тоже не особо хочется лицезреть посторонних, и потому мы без возражений убрались за плотные занавеси. Ну, не скажу, что здесь большая ниша – видимо, тут ранее стояла небольшая статуя на постаменте...
– Войдите... – раздался голос графа.
– Господин граф, к вам гость... – судя по почтительному голосу, это слуга. – Очень просит его принять.
– Я же велел всем говорить, что неважно себя чувствую и никого не принимаю. Кроме королевы Эллен, разумеется.
– Этот господин очень настаивает на просьбе. Он говорит, что знает – вас должна посетить королева, и ему нужно обязательно поговорить с вами до ее прихода. Говорит, это важно как для нее, так и для вас.
– Ну, раз он так говорит, то проси его. Как его имя?
– Лудо Шарлон ди Роминели.
У меня было такое впечатление, будто меня ударили под дых. Вот уж кого никак не ожидала увидеть, и уж тем более услышать! Этому-то что здесь надо? Этот красавец, если можно так выразиться, с рук на руки передал меня своему брату, однако позже несколько раз пытался поговорить со мной, что-то сказать или объяснить, но мне уже и тогда было понятно, что доверять ему не стоит. Да и дорогая супруга Шарлона ясно дала мне понять, чего стоили его признания в любви и извинения – все было ложью и обманом. Сейчас Шарлон является наследником всего состояния семейства ди Роминели, и его визит сюда вряд ли стоит считать простым знаком уважения.
– Проси... – после короткой паузы произнес граф. Судя по его голосу, де Линей тоже не в восторге от подобного визитера.
– Добрый день, граф... – раздался приятный голос Шарлона, только меня от этих бархатных интонаций чуть не затошнило. – Вы даже не представляете, как я рад видеть вас в добром здравии! Позвольте передать вам наилучшие пожелания от моего отца.
– Благодарю... – холодно отозвался де Линей. – Не хочу выглядеть неучтивым, но не могли бы вы сразу перейти к цели вашего визита? Право, я еще не совсем выздоровел.
– О да, разумеется! Речь идет о том небольшом разговоре, после которого вы почувствовали себя заболевшим...
– Я прекрасно помню ту беседу... – граф на полуслове оборвал заранее подготовленную речь Шарлона. – Что вы хотите знать?
– Думаю, вы взвесили все «за» и «против»...
– Взвесил. Что дальше?
– Вы согласны принять наше предложение?
– Нет. Это все?
– Ну, зачем же так резко?.. – умиротворяющее заговорил Шарлон. – Вы, кажется, забываете о некоем документе...
– О нем я никогда не забуду... – отрезал граф. – До гробовой доски буду помнить ту подпись, но это вовсе не означает, что я должен пойти против своих убеждений и потакать вам в грязных играх, к коим не желаю иметь ни малейшего отношения.
– Может, хватит играть в благородство?.. – ого, а тон Шарлона стал чуть жестче. – Если мы дадим ход той бумаге, то вы уже завтра останетесь нищим! Не лучше ли вам принять наши условия – в этом случае вы будете в немалом выигрыше...
– Я сказал – нет! А теперь прошу вас покинуть мой дом.
– Наверное, следует отнести ваши необдуманные слова на то печальное обстоятельство, что болезнь еще не отступила, а в таком состоянии человек не всегда ведет себя адекватно...
– Вы еще слишком молоды, чтоб страдать глухотой на оба уха... – а вот сейчас и у графа в голосе появился металл. – Я же вам ясно сказал, что не собираюсь плясать под вашу дудку.
– Но...
– Господин ди Роминели, если сейчас мои слуги будут силой вытаскивать вас из моего дома, то уже к вечеру об этом узнает вся столица, и пойдут ненужные разговоры, а разве вам это надо? Так что соблаговолите покинуть мой дом, и никогда больше здесь не показывайтесь. А за сим до свидания, и не скажу, что наша встреча доставила мне хоть малейшее удовольствие.
– Надеюсь, вы не пожалеете о своих словах!
Заскрипела открываемая дверь – похоже, ди Роминели ушел. Кажется, можно вздохнуть спокойно, только у меня к горлу подкатил комок: сейчас в бархатном голосе Лудо Шарлона появились невероятно знакомые мне нотки чуть слышной ярости – точно так же говорил Лудо Уорт, когда начинал впадать в бешенство. Все верно, они же братья, так что общего должно быть немало...
А чтоб вас всех, клятая семейка ди Роминели!..
