Бомбы действительно оказались шумными.
Но при этом шарахнули так, что и входную дверь, и все окна холла вдовы Муто вынесло на улицу. К счастью, Дюкри лишь обозначил движение. Толкнув дверь, он тут же укрылся за стеной, крепко прижав к себе ничего не понимающего Галилея, и так спасся от осколков.
Которые расстреляли резко затормозивший у подъезда автомобиль. В принципе, достаться должно было только машине, но водителю не повезло: один из осколков вонзился ему в бок. Ну а чтобы автомобиль точно не помчал в погоню, Дюкри выпустил в его колесо пару пуль.
И резко обернулся к двери:
– Я ничего не слышу! – Аксель вытащил на улицу ругающегося как сапожник Бабарского. – Я оглох! Я совсем оглох!
– Я тоже, – зачем-то добавил Галилей, но на него не обратили внимания.
– А где… – начал Уран, но в следующий миг из переулка вылетел еще один автомобиль, и, увидев, кто стоит на подножке с пистолетом в руке, Дюкри заорал: – Это он!
Показывая Крачину, что началось главное действо.
Услышав взрывы, Онисим понял, что засада провалилась, и принял решение атаковать доходный дом лично. К сожалению, скорость принятия решения в данном случае не означала качества, и Купер попросту не подумал о том, что попал в контрзасаду, устроенную лично на него, – предположить такое директору прокурорской гвардии не позволяла гордость. Онисим выхватил пистолет, вскочил на подножку и крикнул:
– Гони!
Краем глаза заметив, что помощник занял позицию на другой подножке – в точно такой же позе и тоже с оружием. Их было всего двое, но они были резервом и могли переломить ситуацию в свою пользу.
Шофер надавил на акселератор, и автомобиль вырвался на улицу. Онисим успел разглядеть разбитую машину оперативной группы, выбитые окна доходного дома, успел увидеть нескольких зевак и даже услышать короткий возглас:
– Это он!
Кто его произнес, Онисим не понял – он вскинул пистолет, готовясь стрелять, а в следующий миг почувствовал, что летит. И ничего хорошего в этом нет: ни легкости парения, как во сне, ни радости преодоления, как в аэроплане. Он просто летит, нелепо растопырив конечности и не зная, чем все это закончится.
Аксель так ловко метнул бомбу, что несущийся на огромной скорости автомобиль подпрыгнул, разбросав стоящих на подножке стрелков, после чего с грохотом протаранил первую машину. А указанный Ураном стрелок врезался в стену доходного дома вдовы Муто между первым и вторым этажами и мешком обрушился на тротуар.
– Отлично! – Дюкри взвалил потерявшего сознание мужика на плечи. – Где наша машина?
– За углом, – отозвался Бабарский. Судя по всему, его глухота временно отступила. – Мерса тормозит.
– Я его заберу, – бросил Крачин, прислушиваясь к вою полицейских сирен. – Не ждите нас, мы уйдем на мотоциклете.
– Договорились.
– Не думал, что увижу тебя здесь, – произнес Галилей, до конца опуская стекло пассажирской дверцы и высовываясь наружу. – Можешь не отвечать, я все равно не слышу.
– Почему ты не отправил его с «Цехином»? – осведомился сидящий за рулем Бабарский.
– Я хотел, но он не явился на борт, – буркнул с заднего диванчика Дюкри, тщательно обыскивая карманы пленника.
– Какой же ты после этого капитан?
– Я уже не капитан, – ответил Уран, разглядывая обнаруженные бумаги. – Поверить не могу! ИХ, знаешь, кого мы взяли?
– Не заставляй меня думать, а то от напряжения может сделаться спазм мозга, – отозвался Бабарский.
– Это Онисим Купер, директор прокурорской гвардии! Просто невероятно.
– Большая шишка, – подумав, произнес ИХ. – Его называют очень сильным, волевым человеком. Весьма могущественным и еще – личным другом маршала Грау.
– Это ведь хорошо?
– Не думаю, – покачал головой ИХ.
– Он точно знает, где находится Лаборатория.
– Но захочет ли о ней говорить?
