– Я тебя раскусила, Мэтт. Так и знай. Я тебя раскусила.
Вернулась Крисси, завернутая в полотенце. Она дрожала и переводила взгляд с Мэтта на Рейчел.
– Рейчел перегрелась на солнышке, – сказал Мэтт.
Рейчел встала и пошла в дом.
– Что произошло? – спросила Крисси.
– Жуткая она, эта Рейчел.
– Я раньше помалкивала, но что-то в ней меня пугает.
– Я тебя понимаю, – ответил Мэтт. Примерно через час вернулись все остальные;
Джеймс все еще был в приподнятом настроении. Бет предъявила Мэтту для экспертизы несколько использованных ракет. Ее папочка сказал им, что это падшие ангелы, гордо отрапортовала она. Мэтт понюхал пустые бумажные патроны и признал их вполне сернистыми для падших ангелов. Он поднял глаза. Джесси, не отходившая от отца ни на минуту, всматривалась в него странным взглядом. Тем временем разразился спор на тему о том, из чего делают порох для фейерверков; один из присутствующих мужчин утверждал, что используется хлорат калия, в то время как другой настаивал на нитрате калия; после этого кто-то заметил, что люди, часто находясь в неведении, яростно спорят о чем-то, хотя логичнее всего было бы просто признать свою неправоту; судя по всему, это и явилось приемлемым решением вопроса о составе пороха. Мэтт и Сабина избегали друг друга.
– Где Рейчел? – спросила Джесси.
– Думаю, наверху, – ответила Крисси.
– Пойду поищу ее, – сказала Джесси, входя в дом.
– Не надо, – крикнула ей Сабина. – Пусть отдыхает.
Тем временем Рейчел наверху вовсе не отдыхала. Она внимательно прислушивалась к голосам, доносившимся снизу из комнаты Крисси и Мэтта. Пока она слышала эту нелепую дискуссию насчет фейерверков, можно было не сомневаться, что никто ее не потревожит. Она тщательно обыскивала ящики комода, переворачивая носки, футболки и трусы Мэтта.
Но пока Рейчел ничего не находила; да, в общем, и не знала, что, собственно, ищет. Она просто пыталась обнаружить что-нибудь неправильное и, лишь увидев это, осознала бы цель своих поисков. Она закрыла верхний ящик и открыла следующий. От нижнего белья повеяло духами Крисси. Она переворачивала белье и так и этак, пытаясь прощупать все до задней стенки в надежде найти что-нибудь спрятанное. А потом Джесси упомянула внизу ее имя.
Кто-то вошел в кухню, и Рейчел услышала, как Сабина позвала Джесси обратно. Она быстро и бесшумно выскользнула за порог и прикрыла за собой дверь.
Джеймс был на лужайке; ракеткой для бадминтона он подбрасывал вверх воланчик, и Крисси заметила, что он выглядит на удивление бодро. Джесси оторвалась от дела, которым была занята, и уставилась взглядом в землю, стараясь скрыть свой интерес к тому, что могло быть сказано.
– Я чувствую себя гораздо лучше. Кто-нибудь хочет сыграть?
– Значит, та прогулка к Пиренеям пошла тебе на пользу, – сказала Крисси, но сразу пожалела о своих словах, увидев, как залилась краской Сабина.
– Крисси, прихвати ракетку. Мне нравится смотреть, как подпрыгивает твоя грудь.
– Папочка, ну пожалуйста! – простонала Джесси.
– А что такого? Именно для этого я и живу. Дело вот в чем… – Джеймс стал серьезным. – Я бросаю пить.
– Ты правда бросаешь? – неожиданно закричала Джесси. Она кинулась к отцу и вцепилась в его рукав. – Правда бросаешь? Правда? Правда, правда, правда?
Джеймс не успел поймать воланчик. Лицо Джесси побагровело, и она так настойчиво требовала ответа, что он изумился.
– Да, скорее всего. По крайней мере, с завтрашнего дня.
Джесси обхватила руками его живот и прижала голову к отцовской груди. Все вокруг как-то присмирели. Бет подошла к матери.
– Что ж, это хорошая идея, – весело проговорила Крисси, чтобы как-то выйти из положения.
Мэтт и Сабина обменялись взглядами. Затем Мэтт испытующе взглянул на Джеймса:
– Почему с завтрашнего дня?
– Потому что сегодня, Мэтт, – нагло заявил Джеймс, подбрасывая воланчик в воздух, – твоя очередь платить за праздничный ужин.
– Праздничный ужин? – переспросила Сабина.
– Да. Мэтт ведет нас в ресторан. И всех нас угощает ужином.
– Серьезно? – удивилась Сабина. – А ты можешь себе это позволить, Мэтт?
Мэтт покосился на Джеймса и долго размышлял над ответом.
– Ладно, – сказал он. – Почему бы и нет? Я угощаю.
Крисси и Джеймс закончили партию в бадминтон. Пока они пытались отдышаться, стоя у сетки, Крисси спросила:
– Что у тебя сейчас на уме?
– О чем это ты? Крисси пожала плечами.
– Что касается твоего решения бросить пить, то это просто замечательно. Нельзя ли узнать, что послужило тому причиной?
– Ну, допустим, я испугался. Мэтт думает, что я обманщик, но я действительно не могу дать отчет, чем занимался, когда меня тут не было. Как уходил – помню. Но в течение следующих двух дней… ничего.
– Думаешь, это из-за выпивки?
– Не знаю. Вчера тоже что-то случилось. После фейерверка. По всей видимости, я полвечера беседовал с человеком, которого на самом деле там не было. Со стариком. Он меня по-настоящему напугал.
Крисси удивленно уставилась на него:
– Не знаю, говорить тебе или нет, но я тоже его видела.
– Кого?
– Но буквально пару секунд.
–
