В одной из комнат находилась спальня родителей, во второй спал Серега с бабкой и дедом, а третья выполняла роль импровизированной гостиной, которую в семье моего друга почему-то называли «столовой».
Девчонки остались на кухне хлопотать с едой и накрывать на стол.
— Холодильник в вашем полном распоряжении дамы, посуда в шкафчике, приборы тут, — он указал рукой на кухонный выдвижной ящик, — пошли, мужики, покажу вам кое-что.
Пока мы шли я тихо спросил у Юргиса можем ли мы поговорить о Махарадзе.
— Александр, давай не сегодня. Я оставлю номер, созвонимся и договоримся о встрече на другой день. Я догадываюсь о чем ты хочешь говорить, разговор длинный, не при женщинах. Еще, если ты не против, я хотел бы поговорить про твой чертеж, который ты мне показал в милиции.
Я согласился.
«Цех» по пошиву чехлов вместе с швейными машинками и раскроечным столом располагался на застекленном балконе, там же находился «склад» сырья и готовой продукции.
На стене висели различные лекала, чертежи наиболее ходовых моделей автомобильных чехлов и сидений.
Все книжные полки были уставлены учебниками и справочниками по текстильному производству.
В «цеху» царил идеальный порядок.
Я присвистнул.
— Вот это я понимаю, ударник социалистического труда. Света видела?
— Пока нет, я подумал, что лучше ей пока не знать и не видеть мой «цех». Больше из-за нее, она же вон где работает, — Серега показал двумя пальцами на плечо, что означало милицию. —так что, мужики, вы там не особо своим рассказывайте.
— Да какой цех? У тебя тут целая фабрика! — с восторгом оценил Борис увиденное, — вот уж не ожидал, что ты так здорово можешь все обустроить.
— Боря, пообещай мне держать язык за зубами. Ни одна живая душа на Южном Порту не должна знать, о том что ты здесь видишь.
— Обижаешь, Юрок, я могила.
Толстяк показал жестом, что его рот застегнут на молнию.
— Ну да, я смотрю ты и о нашей с тобой встрече в ресторане никому не ни слова не разболтал. И Котэ там оказался совершенно случайно.
Борис опустил голову.
— Я хотел вам рассказать, предупредить, и даже перенести встречу. Но когда я позвонил, у тебя Сергей уже никто не поднимал трубку. Я звонил несколько раз. Я же не знаю, где тебя искать.
— С чего это ты решил звонить?
— Моя дурья башка. Я утром забыл записную книжку дома, вспомнил, когда приехал к мужику забирать, карбюраторы. А мужик отдавать не хотел, компенсацию требовал. Мне же с тобой цену согласовать нужно? Нужно. Оставил у него товар. Поехал на «сучьи болота». Живу я в Орехово-Зуево. Дома никого. Ехать долго, вот я и решил у твоих клиентов на Южном Порту телефон спросить.
— И что дальше?
— Только пришел «молдовану», которому ты морковную Волгу делал, так грузины тут, как тут. Мол, а зачем тебе Серега? Я объяснил, что мы с тобой в ресторане договорились по карбюраторам встретиться. Совсем без задней мысли. А они похлопали по щеке, ущипнули больно, говорят «молодец пончо». Молдован дал твой номер. Я не дозвонился, но решил ехать забирать «Веберы». На свой страх и риск. Выплатил мужику компенсацию. А теперь вы брать не хотите.
— Не все, конечно, в твоем рассказе гладко, но так и быть, на первый раз я тебя прощаю, толстый, — Серега посмотрел на Бориса, — раньше за тобой, вроде бы косяков и гнильцы замечено не было. А насчет брать или нет Веберы, тут уж нашей вины нет, ты сам цену задрали до небес.
— Да ладно тебе, до небес… Я чуть чуть всего добавил, остальное первоначальные расходы, компенсация ну и моя прибыль сверху. Доля малая. Я могу и уступить, но без прибыли совсем не могу.
— Мальчики! За стол! — позвала улыбающаяся Олеся, — о чем вы тут болтаете? Что за прибыль/убыль, что за скучные бухгалтерские разговоры?
— Не такие и скучные. Помнишь Ивана Александровича Корейко из Золотого Теленка?
— Ой, обожаю Ильфа и Петрова! Давайте, садиться. А при чем тут Корейко
Мы уютно расположились в столовой.
— Да вот при том, что мне кажется, что наш Борис уже накопил миллион!
— Ну, что ты такое говоришь, что девушки обо мне подумают, — отмахнулся рукой толстый, — откуда у меня миллион? Я же не писатель Шолохов или Юрий Антонов.
— Интересная тема, — подхватила Олеся, — а вот если представить что у вас у каждого есть миллион, то куды бы вы его потратили? Вот ты Юргис, чтобы сделал?
Ее муж улыбнулся.
— Ты знаешь, чтобы я сделал, я бы построил новый автодром в Вильнюсе.
— А вы Боря?
Толстяк заерзал
— Я как-то не думал, не знаю. Понятия не имею, что с такими деньжищами можно делать в СССР.
По его лицу было видно, что он лукавил, он наверняка попробовал бы переехать с такой суммой на запад.
Девушки сказали, что направили бы средства в детские дома сиротам
Что касается меня, то я конечно, в первую очередь купил бы машину отцу, еще одну гоночную в команду, а остальное…
В голову кроме революции ничего не приходило. Направил бы каким-нибудь партизанам в Латинской Америке.
Я не знаю, насколько миллион большая сумма для партизан, у меня нет достаточных знаний в этой области.
Все мои экономические познания сводятся к убеждению, что лучшие в мире вложение денег — это вложение денег в революцию.
