Но как же оно изменилось. Первое, что бросилось в глаза — это трава. Если раньше передо мной расстилался переросший, однородный газон, то теперь луг поражал разнообразием. Дивные цветы, благоухали неземными ароматами. Я сидел на пригорке, а перед взором ласковый ветерок, показывая переливающиеся узоры, причудливо шевелил зелёный ковёр. Как в детском калейдоскопе, картинки, вытекая одна из другой, представлялись живыми.
Вот гигантская красавица бабочка, распахнула свои удивительные крылья. Теперь табун лошадей, проскакав по утреннему лугу, скрылся за горизонт, и на смену ему пришли, весело играющие в прозрачных водах, дельфины. Всё в формате эйч-ди: "Просто поразительно…"
Музыка шёпота исходила — от неба, земли, от растений. Внезапно накатила паника, хороводом закружились вопросы: "Я же сижу на траве, а она живая… Я поломал её, как быть — встану, поломаю ещё…"
И ответ пришёл. Я разобрал в симфонии шёпота, одно лишь слово: "
Я не был ни удивлён, ни поражён, всё воспринималось, как само собой разумеющееся, как естественное состояние свойственное человеку. Незаметно я оказался весьма высоко. Вся планета, как-бы лежала у меня на ладони. Дух захватило, дыхание спёрло, чувство неземного восторга, переливаясь через край, дождиком счастья оросило землю. Я находился уже на орбите: "Так странно?.." — Бескрайний космос наполнялся ярким, ласковым светом, холодная пугающая тьма, хорошо известная по фоткам вселенной, отсутствовала.
Спустившись ниже, и не обнаружив достопамятного частокола, я крайне обрадовался. Его не было. Скользя по пейзажу взглядом, у огромного, золотистого дуба заметил фигуру — человек призывно махнул.
Подлетев ближе и узнав Прохора, в душевном порыве помчался к нему. Учитель, обняв да радостно похлопав по плечам, отстранился. Пристально глянул через глаза прямо в душу — накатило оцепенение, я не мог промолвить ни слова, а старик, словно боясь опоздать, затараторил:
— Слушай, времени мало, я наконец-таки умер, впрочем, ты тоже. Бандиты, выяснив местоположение лесной нашей заимки, ночью закинули пару гранат…
Похоже, тебе не вернуться. Но не печалься, всё Богу под силу — уповай на Него. Нас достал
В прошлом меня тоже нет. После того как Сирин столкнул тебя в воду подручный его Алконост меня перенёс в тот момент когда вы с вепрем друг друга убили. Не было ещё пяти сотен лет — миг и я там. То ли произошло это случайно, то ли Сирин специально помог — не знаю. Друзья живы, здоровы, зимуют они на Усьве. Найди их. Брат должен помочь. Уничтожь скрамасакс — не дай погибнуть всему тут.
Воспользовавшись коротенькой паузой, я выпалил:
— Что это за место и как нож уничтожить?
— Уничтожить?.. — последовало секундное замешательство, — Надо освободить заключённые в оружии души. Праведные сущности — узники скрамасакса, откроют вход в рай, а пребывающая в грешниках грязь — разрушит его. Тьма эдем поглотит, и он будет мало чем отличаться от нашего мира. На вопрос о месте, вроде, ответил, — учитель, своим мыслям кивнул, — Передаю тебя в руки отца Серафима, доверься ему, сейчас же прощай.
На последнем слове Прохор, подёрнувшись дымкой, растаял.
Я, прижавшись к дубу спиной, сполз на землю, закрыл глаза, и шёпот травы заполнил сознанье: "
— До встречи, — отвечаю ему и… снова землянка.
Как рассказал Серафим — я валялся в отключке почти трое суток. Позже ко мне пришло понимание, это был его первый урок — наступил очередной этап обучения. Нет, старец о том не говорил, наоборот, всё сваливал на Бога и Его великую милость. Но после науки Прохора Алексеевича, я сам соображал — что к чему.
Вообще, Серафим избегал тем: энергии, мироустройства и так далее, о чём я любил поболтать. Мне казалось, он просто боялся таких вот разговоров, но возможно, сказывалась отшельническая его жизнь, может, нечто другое — не знаю.
Старец был молчалив. Поначалу информацию приходилось вырывать у того чуть не клещами. В первые дни общения я лишь узнал, что он Прохора знает давно, но после неких печальных событий их пути разошлись в противоположные стороны. Учитель остался приверженным Роду, Серафим же — постригся в монахи.
Предположение Феофана, по поводу ангельской природы деда, он, иронично хмыкнув в бороду, категорично отверг. Искать команду струга старец вызвался сам, я был этому рад и через пару дней, понадобившихся мне, дабы очухаться от путешествия в рай, мы двинулись в путь.
