На Сурабайя Шишел приехал загодя и, выполняя условия пэйджерной записки, поставил кар точно на то место, где он стоял в ТОТ вечер. Тому, что место это стало кому-то известно, он не удивлялся: обстоятельства ограбления «Джевелри трэйдс» относительно оживленно обсуждались на третьих-четвертых страницах изданий, любящих покопаться в полицейской хронике, да и остатки желтой ленты полицейского ограждения еще болтались по краям щели, ведущей к мусоропроводам «Расмус билдинга». Этот вполне остывший след и полиция и пресса взяли шустро и без малейшего толку. Другое дело, как кто-то вышел на него — Шишела... Впрочем, чего гадать — скоро само собой прояснится...
А если не считать клочьев желтой ленты, ничего не изменилось на Сурабайя-стрит...
Все повторялось. И патрульный «козел» как назло торчал у поребрика — наискосок через улицу. И унылый коп кемарил за его рулевой колонкой. И с неизбежностью появления кукушки из нутра ходиков из пиццерии Каштоянца вышел второй коп, груженный пакетами со снедью, и своим выходом погасил вывеску забегаловки — на Сурабайя закрывали рано. И окурок, вылетевший из окна полицейского кара, рубиновым огоньком запрыгал у самых колес Шишелова «горби»... Выполнив уготованную ему судьбой последовательность действий, патруль убыл восвояси. Как и ТОГДА. Оставалось ждать придурка с самодельным объявлением. Но тут сценарий заклинило.
Вместо давешнего дурня на место действия прибыл второй участник переговоров.
Уолт остановил свой, взятый напрокат, кар напротив ведущего к Гранд-Театрал ущелья и стал обозревать театр военных действий. Потертый «горби» у противоположной обочины не сразу привлек его внимание. И только когда в кабине кара-недоноска зажглась еле заметная подсветка приборной доски, инфернальным, снизу направленным рубиновым мерцанием означив бородатую физиономию громилы за рулем, Новиков понял: встреча состоялась.
Он осторожно двинул свой «форд», разворачивая его к противоположной стороне узкой Сурабайя-стрит.
— Ей-богу, не ожидал такого альянса — пробормотал достаточно отчетливо себе под нос капитан Остин, не спуская глаз с таинственно мерцающего монитора.
— Благодарите за такой быстрый результат здешнее ТВ, — сухо прокомментировал изображение федеральный следователь. — Без этого один наш персонаж искал бы другого до...
— Увы, боюсь, что мы должны благодарить за это не одно только ТВ. — Капитан Остин откинулся в кресле. — События, знаете ли, утратили свою случайность. Коль скоро дело касается Дьяволова Камня, ничего случайного не бывает.
— Вы уверены, что дело заключается именно в... — спросил Клецки.
И прервался. Экран не врал: из окошка «горби» Дмитрий Шаленый показывал своему партнеру волосатый безымянный палец правой руки. Это вовсе не было символическим жестом. Палец украшал Чертов Камушек.
Звука на мониторе по-прежнему не было.
— Зафиксируйте изображение получше, — попросил федеральный следователь. — Я не вижу, что ему показывает партнер. И ничего не слышу, черт бы побрал вашу технику...
Но его партнер молчал как громом пораженный.
— Теперь вы выкладывайте ваше дело, мистер, — не повышая голоса, продолжил Шишел.
— Вы должны были помнить то, что вам сказал господин Мелканян... Однажды ночью, в госпитале. С глазу на глаз.
— А вы, мистер, видать, под койкой об ту пору сидели, что так все про то знаете?
— Если быть точным — я находился за стендом с мониторами и прочей машинерией, подключенной к нашему клиенту... Не знаете, кстати, как он теперь поживает?
— Если на что намекаете, мистер, так я того не понял, — с раздражением прогудел Шишел. — Говорят, в бегах состоит, коз-з-зел проклятый... Давайте лучше по делу...
— Прежде всего, как вы поняли, наверное, из того, что старик лепетал тогда, вам нужен активатор. Чтобы избавиться от этого вашего приобретения... Во флаконе...
— Вот этого старик не говорил. Сказал только, что чего-то такого не смогу я без активатора этого... А про флакон говорил — это точно.
— Я думаю, что флакон-то этот у меня. Так вам он, выходит, не нужен? — Уолт с чуть наигранным интересом воззрился на собеседника.
Последовала длительная и тяжелая пауза. Потом Шаленый с большим ядом в голосе осведомился:
— Это вы думаете, мистер, или знаете? Или просто мне хурду-бурду какую сбагрить желаете? И денежки загребете, да еще и траванете к хренам собачьим — это как получается, а?
— Ну прежде всего о деньгах. — Уолт старался говорить как можно убедительнее. — От вас лично мне не нужно и цента... Нет, и о самом Камне речь не идет. Мне он вовсе не нужен...
— Вот и мне не больно-то он сдался, — признал Шаленый. — Какое, мистер, совпадение вышло... Итак, не нужно тебе, мистер, от меня ни Камушка, ни денег... Так и хрена же тебе тогда от меня надо?
— Поясняю, — кротко сказал Уолт. — Вы, я вижу, обо мне справок навести не успели...
— Да сподобился кое-что из общей сети выковырять...
Шаленый вытащил на свет божий в восемь раз сложенную распечатку и, помусолив палец, не без труда нашел нужное место.
— Берем их сразу и без фокусов. — Федеральный следователь потянулся к клавише коммутатора.
